Сочинение на тему творчество тютчева и фета 10 класс

11 вариантов

  1. Афанасий Афанасьевич Фет и Федор Иванович Тютчев были одними из выдающихся поэтов второй половины 19 века. Творчество их заметно отличается от остальных деятелей пера того времени.
    Произведения обоих этих поэтов легки для восприятия. И Фет, и Тютчев воспевали природу, как никто другой не умел именно так это сделать. А мир природы был не отделим, в их восприятии, от душевного мира человека. Во многих стихотворениях затронуты вопросы филосфско-психологического характера. И, оба поэта так глубоко могли заглянуть в душу, или же всего в нескольких четверостишиях показать так много.
    Посвящая, большей частью, свои произведения природному и духовному мирам, поэты не могли оставаться вовсе в стороне от того, что происходило вокруг. Однако же, они своеобразно высказывали свои мысли, не усугубляя произведения политическими взглядами. Так, Тютчев в стихотворении «Наш век» верно подмечает то, что не плоть ныне подвержена растленью, а дух человека. Говорит поэт в этих строках о том, что люди, обретши свет, продолжают роптать и бунтовать, создавая погибель для себя. А в стихотворении «Два единства» призывает он русский народ сплотиться, дабы избежать участи Запада, где льется кровь.
    Основными же мотивами лирики этих писателей остаются природа и любовь, неразрывно связанные и меж собой, и с внутренним миром человека. Переходы в их произведениях от изящного и захватывающего, не смотря на свою простоту, описания природной картины к чувствам и переживаниям происходит плавно, органично. Сливаясь в одно, оба эти мира оставляют неизгладимое впечатление. Оба поэта воспринимают любовь, как величайший дар, несущий и радость, и страдания.
    Как живо предстают перед читателем в их строках такие обычные явления как смена времен года, или наступление утра. Видеть все это в таких красках – истинный дар поэта. Это нужно не только увидеть, но и суметь передать словами. Словами бессмертными, которые и по прошествии многих лет будут звучать и рисовать вновь и вновь перед взором читающих их эти картины: как каждой веткой пробуждается лес, как бегут вешние ручьи, будя сонные берега, как спит зимой лес, погруженный в сказочные грезы, навеянные чародейкой-зимой.
    Философские вопросы, порой, затрагиваются в произведениях, раскрываясь через поведение природы. Так, Тютчев в стихотворении «Весна» , задавая вопрос, что же устоит перед этим проявлением, плавно переходит к рассуждению о том, что все идет своим чередом. В строках он выражает это тем, что весна наступает не смотря ни на что, не зная ни горя, ни зла. Она подвластна лишь своим законам. Она блаженна и равнодушна. Так представляет он общий ход времени.
    В стихах Тютчева и Фета предстает мир, полный чувств и мечтаний, и определенных переживаний. Он прекрасен и полон, одновременно, радости, и грусти, и простого понятного чувства, и необъятного. Природа – спутник и собеседник для поэтов, и среда обитания человека. Но, не смотря на то, что она сопутствует всем чувствам и переживаниям, втиснуть ее в рамки людского понимания невозможно. Она повинуется лишь своим принципам.
    6 класс, 10 класс

    Лирика Тютчева и Фета

  2. Стихотворение «Сияла ночь…» – одно из лучших лирических произведений Фета. Более того, это один из лучших образцов русской любовной лирики. Стихотворение посвящено молодой, обаятельной девушке, которая вошла в историю не только благодаря стихотворению Фета, он была одним из реальных прототипов толстовской Наташи Ростовой. Стихотворение Фета не о чувстве Фета к милой Танечке Берс, а о высокой человеческой любви. Как и вся истинная поэзия, поэзия Фета обобщает и возвышает, уводит во всеобщее – в большой человеческий мир. Стихотворение «Сияла ночь…» в восприятии читателя оказывается одновременно и воспоминанием. Каждое слово стихотворения говорит читателю о знакомом и близком – и говорит прекрасными, будто неведомыми словами. В лирических стихотворениях Фета незнакомое, единственное и неповторимое событие ощущается как знакомое, как близкое тебе, быть может, даже бывшее и с тобой. Это ощущение и составляет один из секретов того особенного, радостного и высокого воздействия, которое производит стихотворение на читателя. В стихотворении две основные темы – любовь и искусство. На эти темы написаны многие стихи Фета, можно сказать даже, что большинство его стихов. В лирической пьесе «Сияла ночь…» темы эти слиты воедино. Любовь для Фета – самое прекрасное в человеческой жизни. И искусство – самое прекрасное. Стихотворение – о вдвойне прекрасном, о самой полной красоте. Стихотворение написано шестистопным ямбом – одним из излюбленных размеров поэта. Это помогает здесь создать не только общий музыкальный тон, но и очень гибкую, с живыми переходами и движением, свободную речь, свободное повествование. Отчасти это получается благодаря паузам, которые возникают не в одном постоянном месте, а в разных местах – то здесь, то там, как в живой, ярко эмоциональной речи. В результате поэтический рассказ о сильном и живом чувстве сам исполнен жизни. Произведение это и очень живописное, и очень музыкальное. Одно у Фета тесно связано с другим. Музыкальность образа помогает ему быть живописным. Удивительно по яркой выразительности и зримости, наглядности уже само начало стихотворения. Та картина, которой открывается лирическая пьеса, ощутима чувствами и незабываема. Живо видишь затемненную гостиницу и за ее окнами сад – полный ночной свежести, лунного света и сияния. И слышишь музыку, тем более удивительную и поражающую наше воображение, что о музыке в первой строфе прямо ничего не говорится. Зато говорится о рояле: «Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали…» За этим образом мы видим не только сам рояль, но и слышим звуки, которые исходят из него. Замечательный фетовский образ воздействует на нас не только прямо, но и косвенно. Поэт рисует предмет и, подталкивая наше воображение, заставляет нас увидеть и услышать то, что с ним связано. Мы сами это услышали, поэт не говорил нам об этом – и мы благодарны ему, что он совершил такое чудо: заставил нас услышать, помог нам без прямых словесных обозначений. Фетовский образ воздействует на читателя с помощью особого звучания слов. Его стихам особую силу придает сочетание слов, комбинации гласных и согласных, аллитерация, внутреннее созвучие. Звуковые повторы присутствуют в стихотворении:

  3. В творчестве замечательных русских поэтов Ф. И. Тютчева и А. А. Фета на первом месте стояли не социальные конфликты, не политические потрясения, а жизнь человеческой души — любовь и горечь утраты, путь от юношеской восторженности к стариковской мудрости и великодушию, размышления о жизни и смерти, о смысле творчества, о беспредельности Вселенной, о величии природы.
    Для них, поэтов-романтиков, природа – это мерило прекрасного, она противопоставляется дисгармонии общества. Мифологические, фольклорные мотивы звучат в творчестве Тютчева и Фета. “Конь морской” с “бледно-зеленой гривой”, “чародейка-зима”, прекрасная, но живущая лишь несколько мгновений радуга – все это дети Великой Матери-Природы, которой поклоняется Тютчев. Радостное юношеское мироощущение, выраженное
    в стихотворениях “Весенняя гроза” и “Весенние воды”, где резвится гром, Геба, смеясь, проливает свой кубок, мчатся вешние воды, сменяется более спокойной, умиротворенной картиной. Осенняя природа увядает “с кроткой улыбкой”. “Сумрак тихий, сумрак сонный” должен утолить все печали, дать поэту “мглу самозабвенья”. “Хрустальны” дни золотой осени, но ночью ветер поет о страшном хаосе, который может проснуться для новой бури и разрушить гармонию.
    Поэту, похоронившему близких людей, сентябрь кажется “холодно-бесцветным”. Ночное небо погружено в “вялый, безотрадный сон”, похожий на забвенье смертельно больного человека. Поэт задается вопросом: когда потеряна связь человека с природой, почему “душа не то поет, что море”, почему люди не чувствуют “созвучья полного в природе”? Однозначного ответа на этот вопрос не существует.
    Гармоничное слияние всего живого – основная тема поэзии Фета. Передать игру света и тени, трели соловья, запах ландыша, волнение созревающей ржи – вот задача стихотворца. Фет создает в стихах свой идеальный мир, в котором царит прекрасное. “Только песне нужна красота, красоте же и песен не надо” – эти строки определяют его творческое кредо на протяжении всей жизни. Тютчев обобщенно описывает природу, Фет же, называя себя “праздным соглядатаем”, старается подметить каждую мелочь, характеризующую данное мгновение. Душевные порывы Афанасия Афанасьевича связаны с явлениями природы: свирепствует зимняя буря, и “на душе не рассветает”. А солнечным летним утром душа “все так же счастью… служить готова”. Мечутся, кричат перед осенним отлетом ласточки, грачи, журавли, и человеку “тяжело – хоть плачь!”. Весной земля дрожит от волнения, а людям хочется “лететь к безбрежью, к бездорожью через леса, через поля”, – как птицам.
    Как и у Тютчева, у Фета оживают деревья, светила: “ель рукавом завешивает тропинку”, “робко месяц смотрит в очи”.
    Любовь, роковая и губительная, скорбь прощания с близкими людьми, одиночество и ожидание смерти – все эти чувства, пережитые за долгую жизнь, Тютчев отразил в своем творчестве. Особое место в нем занимает “Денисьевский цикл”, посвященный возлюбленной и матери его детей. Он целиком обращен к переживаниям женщины, иногда речь ведется и от ее лица. Несчастная тоскует, негодует, но она может жить только своей любовью. Общество “предает поруганью” искреннее чувство. Но любящая женщина сохраняет чистоту своей души. Поэта мучает чувство вины перед близким человеком, но он ничего не может исправить, он может только выразить взаимную боль в своих стихах. О, как убийственно мы любим, Как в буйной слепоте страстей Мы то всего вернее губим, Что сердцу нашему милей!
    Но есть у поэта и светлые, полные легкой грусти стихи о любви: “Я встретил вас…”, “Последняя любовь”. Смерть Елены Александровны повергла его в отчаяние:
    О господи!., и это пережить… И сердце на клочки не разорвалось.
    Поэту кажется, что он одинок, что душа его с каждым днем сохнет и изнывает. Ранее он писал о “слезах людских”, льющихся незримо для окружающих, но неистощимых, как осенний дождь. Но постепенно чувства его успокаиваются. Терпение, умение “все пережить” берут верх.
    Воспоминание о трагически погибшей возлюбленной не оставляют Фета всю жизнь. Если для Тютчева главной была любовь последняя, то для Афанасия Афанасьевича настоящей любовью была его юношеская любовь – Мария Лазич. Ее образ становится эталоном нравственности, преданности. Он считает, что духовно они всегда вместе, он проносит свет этой любви “через жизнь земную”. Но одновременно он преклоняется и перед “красотой иной”. Женщины в его стихотворениях опоэтизированы, они или олицетворение чувственной Евы, или “молодые владелицы сада”, безмолвные, замкнутые в своем превосходстве. Один их взгляд выражает то, что “поэт пересказать не может”, их красота преувеличена и возведена на пьедестал. Женщины для него – скорее объект преклонения, чем живые люди, способные думать, действовать, бороться. У Тютчева любовь представляется более динамичной, это и соединение, и поединок двух сердец.
    Жизнь и смерть, смысл поэзии и любовь к Родине – все это является предметом размышлений Тютчева и Фета.
    Тютчев подчеркивает, что стихотворец “редко служит властям”, народ часто не понимает его. Поддаваясь настроению, он призывает поэта молчать, таить свои мысли, ведь “мысль изреченная есть ложь”.
    “Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется”, – пишет он в другом стихотворении, надеясь, впрочем, и на сочувствие. Иногда его охватывает полумистическая “вера в чудеса”:
    Не все, что было здесь, увянет, Не все, что было здесь, пройдет.
    Поэзия для Фета – это способ вырваться из обыденности, уйти от реального мира. Она уносит его “в мир стремлений, преклонений и молитв”. Вдохновение рождается непроизвольно, и стихотворение складывается легко, как песня птицы (“Не знаю сам, что буду петь – но только песня зреет”). Человеческий язык “беден”, чтобы передать всю гамму чувств, но поэт должен стараться “схватить на лету и закрепить” “темный бред души и трав неясный запах”, т. е. остановить прекрасное мгновенье.
    Определение, данное Тютчевым России, стало хрестоматийным: Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать -В Россию можно только верить. Любовь к Родине, вера в ее великое будущее были очень важны для Тютчева.
    У Фета нет стихотворений, декларирующих верность Родине, но только человек, влюбленный в нее, может так тонко описать неброскую, скромную природу России.
    Иногда стихотворения Тютчева становятся “космическими”: Небесный свод, горящий славой звездной, Таинственно глядит из глубины, – И мы плывем, пылающею бездной Со всех сторон окружены.
    Это стихотворение словно перекликается со строками Фета: Я ль несся к бездне полуночной Иль сонмы звезд ко мне неслись? Казалось, будто в длани мощной Над этой бездной я повис.
    Трудно поверить, что эти стихотворения написаны в XIX веке. Тютчев и Фет опережают свое время. Они – предшественники и учителя поэтов “серебряного века”.
    Последние годы жизни стали для Фета временем раздумья над смыслом жизни и мироздания. Иногда ему кажется, что “жизнь – базар крикливый Бога”, а “смерть- его бессмертный храм”, иногда он жалеет о жизни, пронесшейся “без явного следа”. Звезды напоминают поэту, что они – вечность, а он – миг.
    Тютчев понимает, что мир постоянно обновляется, “новые садятся гости за уготовленный им пир”, и старшие поколения должны дать место “новым пришельцам” без злобы, без клеветы на изменяющуюся жизнь.
    “Ни в смерть, ни в грустное забвенье сегодня верить не хочу”, – писал в последние годы жизни А. А. Фет, и он был прав. Гениальные лирики, тончайшие мастера стихотворного пейзажа, глубокие мыслители А. А. Фет и Ф. И. Тютчев не забыты нашими современниками. Уважение и любовь к их творчеству объединяет всех людей, которым дорого русское культурное наследие, людей разных политических взглядов и убеждений.

  4. Суждено мне влачить,
    Но мы вместе с тобой,
    Нас нельзя разлучить.
    Поэт никогда не забывал свою любимую, он постоянно ощущал духовную близость с ней:
    Ты отстрадала, я еще страдаю…
    В тиши и мраке таинственной ночи…
    Фет создал для себя нравственный идеал и всю жизнь стремился к нему в надежде воссоединиться с ним. Этим идеалом была Мария Лазич. Любовная лирика Фета наполнена не только чувством надежды и упования, но и трагизмом. Любовь – это не только радость, трепетные воспоминания, также она несет душевные муки и страдания.
    В стихотворении «На заре ты ее не буди» показан тихий сон девушки, но затем появляется тревога:
    И подушка ее горяча,
    И горяч утомительный сон.
    Со временем любовь Фета не угасла. Сорок лет прошло после гибели любимой женщины, а Фет все продолжает писать о ней: «Сорок лет тому назад я качался на качелях с девушкой, стоя на доске, а платье ее трепетало от ветра».
    В своих стихах он заново переживает любовные чувства, воспоминания.
    Душевные потрясения, потеря любимого человека открыли А. Фету дорогу в поэзию, где он смог выразить свои чувства и переживания.
    В его стихах нет ни капельки прозы, это чистая поэзия. О чем бы ни писал Фет: о картинах природы, о дожде, о море, о горах, о лесе, о звездах, о самых простых движениях души, даже о минутных впечатлениях – везде присутствовало чувство радости и света, покоя.
    Его поэтический язык естествен, выразителен, музыкален. «Это не просто поэт, а скорее поэт?музыкант…» – говорил о нем Чайковский. Множество романсов было написано на стихи Фета. Они быстро завоевали широкую известность.
    Стихи А. А. Фета также любимы многими людьми. Они открывают красоту окружающего мира, затрагивают душу человека. Любовная лирика Фета позволяет проникнуть и понять взгляды поэта.
    Читая его стихи, все больше и больше убеждаешься, что любовь – это действительно необыкновенная сила, которая творит чудеса: «Любви все возрасты покорны».
    Любовь – прекрасное чувство, и каждый человек хочет любить и быть любимым.

    Ф. И. Тютчев

    9. Человек и природа в лирике Ф. И. Тютчева

    Поэзия Тютчева – это отражение его внутренней жизни, его мысли и чувства. Все это создавало художественный образ и приобретало философское осмысление.
    Тютчева недаром называют певцом природы. Красота русской природы с юных лет вошла в сердце поэта. Правда, свои первые стихи о природе Тютчев написал еще в Германии. Там родилась его «Весенняя гроза». Всякий раз, приезжая в родные места, поэт одаривает нас прекрасными стихотворениями о родине, создав целый цикл картин природы. Таким было и его стихотворение «Чародейкою зимою…» И хотя все вокруг было засыпано пушистым снегом, стояла жуткая тишина, ни тени уныния не слышится в стихе. Даже в ненастное время осени, несмотря на хлябь размытых брянских дорог, неудобство на постоялых дворах, грязь, клопов и мух, душа Тютчева оттаивает при виде родных мест. Возникает потребность в карандаше и бумаге, чтобы высказать поэтическими строками переполнявшие душу чувства. Так однажды случилось по дороге в Москву:
    Есть в осени первоначальной
    Короткая и дивная пора –
    Весь день стоит как бы хрустальный,
    И лучезарны вечера…»
    Чем старше становился поэт, тем большую глубину и философичность приобретали его произведения о родном крае. Здесь и обожествление природы, и стремление точнее разгадать ее тайны.
    В его стихах, которые воспевали картины и явления природы, нет обыкновенного любования. Природа заставляет поэта думать о загадках мироздания, о вопросах человеческого бытия.
    Идея слияния природы и человека в лирике Тютчева развита в двух направлениях. Он говорит о конечном слиянии человека с хаосом и приобщении к нему ночью во время сна. Такого рода слияние страшно, так как оно несет с собой утрату телесного и сознательного начала. Другой характер приобретает слияние человека с природой матери?земли. Мысль о благотворном приобщении к ее светлой гармоничной прекрасной жизни поэт развивает во многих стихах: «Восток белел, ладья катилась…», «Нет моего к тебе пристрастья…», «В душном воздухе молчанья…»
    В них выражено переживание счастья безмятежного единения человека с ее светлым весенним миром. В других стихов весеннего цикла – «Еще земли печален вид», «Весна» – показаны блаженство, родство человека с природой и вхождение в ее царство.
    У Тютчева и материальная природа – это мать для человека, и хаос родной. Единение человека с природой приносит счастье, духовное слияние с разрушительным хаосом – трагично. Но в стихах Тютчева есть не только слияние человека с природой, но и разлад с ней. «Певучесть есть в морских волнах …» – поэт говорит о разладе человека с природой, что противоестественно. Разлад объясняется как что?то непонятное, необъяснимое. Причина разлада заключается в самом человеке. Не она отвергает его, а он сам, погруженный в «злые» страсти, не в силах принять в себя ее гармоничный и благодатный мир. Единение с ней представляется как не мгновенное состояние, а более длительное. Слияние и разлад сменяют друг друга. Вслед за бурями и грозами наступает «успокоение», озаренное солнечным сиянием и осененное радугой. Буря и грозы потрясают и внутреннюю жизнь человека, наполняют душу человека различными чувствами, но иногда оставляют после себя боль и опустошенность.
    Природа для Тютчева такое же живое существо, как и человек:
    В ней есть душа, в ней есть свобода,
    В ней есть любовь, в ней есть язык.
    Природа выражает мысли, чувства, настроение человека, а иногда конфликт, борьбу добра со злом:
    Как сердцу высказать себя?
    Другому как понять тебя?
    Поймет ли он, чем ты живешь?
    Поэт считает, что тайны природы постичь невозможно, можно лишь приблизиться к ним, восхищаться природой:
    Как океан объемлет шар земной,
    Земная жизнь кругом объята с нами;
    Настанет ночь – и звучными волнами
    Стихия бьет о берег свой.
    Человек стремится слиться с природой, пытается ощутить себя ее частицей. Но между природой и человеком существует и трагическое отличие. Природа вечна, неизменима. Человек проходит, природа остается…

    10. Любовная лирика Ф. И. Тютчев

    В 1850–1860?х гг. создаются лучшие произведения любовной лирики Тютчева, потрясающие психологической правдой в раскрытии человеческих переживаний. Ф. И. Тютчев – поэт возвышенной любви. Особое место в творчестве поэта занимает цикл стихов, посвященных Е. А. Денисьевой. Любовь поэта была драматична. Возлюбленные не могли быть вместе, и поэтому любовь воспринимается Тютчевым не как счастье, а как роковая страсть, несущая горе. Тютчев не певец идеальной любви – он, как и Некрасов, пишет о ее «прозе» и о своих чувствах: любовь к самому дорогому неожиданно оборачивается мучительством. Но он утверждает, что важно понимать любимого, смотреть на себя его глазами, бояться совершить опрометчивые поступки в отношениях с любимым:
    О, не тревожь меня укорой справедливой!
    Поверь, из нас двоих завидней часть твоя:
    Ты любишь искренно и пламенно, а я –
    Я на тебя гляжу с досадою ревнивой.
    В этом стихотворении можно увидеть терзания поэта из?за этой «незаконной» любви. Поэта мучает опустошенность собственной души. Тютчев считал эгоизм болезнью века, он боялся его проявлений. В этом стихотворении женщина любит «искренно и пламенно», а мужчина признает себя лишь «безжизненным кумиром» ее души:
    Чему молилась ты с любовью,
    Что, как святыню берегла,
    Судьба людскому суесловью
    На поруганье предала.
    Толпа вошла, толпа вломилась
    В святилище души твоей и ты невольно постыдилась
    И тайн и жертв, доступных ей…
    В интимной лирике Тютчева рождается мучительное признание несовместимости красоты со злом бытия.
    Вместе с любовью поэт переживал тоску, безысходность положения, предчувствие смерти.
    О, как убийственно мы любим,
    Как в буйной слепоте страстей
    Мы то всего вернее губим,
    Что сердцу нашему милей!
    Следуя пушкинским традициям, Тютчев передавал простые, правдивые чувства, проникнутые напевностью и мелодичностью стиха:
    Я знал ее еще тогда,
    В те баснословные года,
    Как перед утренним лучом
    Первоначальных дней звезда
    Уж тонет в небе голубом…
    Любовь у Тютчева очень похожа на его природу, на весь особенный мир его поэзии. Любовь для него – борьба, мучение, безнадежность.
    Тютчева больше всего интересует не проявление любви, а ее тайна: «Как неразгаданная тайна, живая прелесть дышит в ней – мы смотрим с трепетом тревожным на тихий свет ее очей…»
    Он изображает любовь как стихию, ведь недаром у его героини «сердце, жаждущее бурь». В любовной лирике Тютчев придает большое значение ночи. Ночь для него – это время открытия правды, признания в любви:
    В толпе людей, в нескромном шуме дня
    Порой мой взор, движенья, чувства, речи
    Твоей не смеют радоваться встрече
    Душа моя! О, не вини меня!..
    Смотри, как днем туманисто?бело
    Чуть брезжит в небе месяц светозарный,
    Наступит ночь – и в чистое стекло
    Вольет елей, душистый и янтарный.
    На склоне лет Тютчев испытал, быть может, самое большое в своей жизни чувство – любовь к Е. А. Денисьевой. Именно с этой «последней любовью» связаны стихи, такие как: «Не говори: меня он, как и прежде, любит…», «Весь день она лежала в забытьи…», «Утихла бриза… легче дышит…» и др. Взятые все вместе, эти стихи образуют так называемый денисьевский цикл, которые по своему трагизму, передаче чувств не имеют аналогов не только в русской, но и в мировой любовной лирике.
    Одно из самых лучших стихотворений «денисьевского цикла» – «Последняя любовь». Это настоящий шедевр русской лирики:
    О, как на склоне наших лет
    Нежней мы любим и суеверней.
    Сияй, сияй, прощальный свет
    Любви последней, зари вечерней!
    В нем чувствуется волнение живой души, ощущается «нарушенное дыхание», неудержимое чувство. Само слово «безнадежность» звучит как беда, как боль. Тютчев глубоко переживал болезнь своей любимой женщины. Его скорбь, горькая безнадежность, разлука нашли отражение в стихотворении «Весь день она лежала в забытьи…»:
    Любила ты, и так, как ты, любить –
    Нет, никому не удавалось!
    О Господи!.. и это пережить…
    И сердце на клочки не разорвалось…
    Любовная лирика Тютчева замечательна тем, что в ней поэт отражает свои пережитые чувства. Каждый раз, читая стихи Тютчева, мы открываем для себя что?то свое. Его лирика рождает напряжение чувств и мысли.

    11. Богатство художественного смысла в поэзии Ф. И. Тютчева

    Творчество Тютчева – одна из немногих высочайших вершин отечественной и мировой лирики. Тютчевское поэтическое слово воплотило в себе поистине неисчерпаемое богатство художественного смысла, хотя основной фонд наследия поэта – это всего лишь около двухсот лаконичных стихотворений. Предельно малый «объем» поэтического наследия Тютчева стал исходной причиной его позднего признания. Несмотря на то что уже сто лет назад Афанасий Фет с полным правом сказал о собрании тютчевских стихотворений: «Вот эта книжка небольшая, томов премногих тяжелей», – мы и поныне далеко не всегда со всей осязаемостью воспринимаем эту безмерную «тяжесть» поэтического мира Тютчева. Можно даже утверждать, что лишь в наше время начинается подлинное открытие поэта, особенно если иметь в виду широкие читательские круги. Основная тема его лирики – красота природы и любовь. Жизнь полна противоречий, и поэзия Тютчева говорит нам о них мелодично, необычайно красиво и правдиво:
    Вдали от солнца и природы,
    Вдали от света и искусства,
    Вдали от жизни и любви
    Мелькнут твои младые годы,…
    Человек приходит в этот мир быть счастливым, жить в гармонии с природой, с окружающим и с самим собой. Но в действительности оказывается все наоборот: грусть, тоска, безвременный уход и угрызения совести у оставшихся и не захотевших сделать любимого счастливым:
    Весь день она лежала в забытьи,
    И всю ее уж тени покрывали.
    Лил теплый летний дождь – его струи
    По листьям весело звучали…
    Человеку не дано постичь высшую истину, ему можно лишь приблизиться к ее решению. Эта мысль тоже отражена в поэзии Тютчева. С одной стороны, величие человека, а с другой – его бессилие в решении простейших житейских проблем:
    Нам не дано предугадать
    Как слово наше отзовется.
    И нам сочувствие дается,
    Как нам дается благодать.
    Ранняя и поздняя лирика Тютчева очень сильно отличаются друг от друга, будто они находятся в различных поэтических мирах. Раннее творчество поэта проникнуто мировым, космическим, вселенским духом, а в поздний период на первый план выходят стихии человечности и народности, хотя в то же время тютчевская поэзия вовсе не утрачивает своей всемирности. Поэзия Тютчева вся была празднична, даже и в ее самых драматических, трагедийных проявлениях:
    Как жадно мир души ночной
    Внимает повести любимой!
    Из смертной рвется он груди,
    Он с беспредельным жаждет слиться!
    Раннее творчество поэта – это праздничное величие человека, открыто соотнесенного с целой Вселенной:
    По высям творенья, как бог, я шагал…
    И легко может показаться, что в поздней тютчевской поэзии человек решительно сведен с этих высей. Он предстает в ней как явно не всесильный, как заведомо смертный. Отсюда можно сделать вывод, что жизнь сломила поэта, он уже не в состоянии причаститься «животворному океану» Вселенной, не может гордо и радостно возгласить:
    Счастлив, кто посетил сей мир
    В его минуты роковые!
    Его призвали всеблагие
    Как собственника на пир.
    Тютчев был современником Пушкина, чье творчество оказывало влияние на поэта. Но в отличие от Пушкина, которого называли «солнцем русской поэзии», Тютчева считали ночным поэтом. Его стихи о природе, пейзажная лирика не преследуют цель изображения, а осмысление природы – философская лирика, жизнь человеческой души, напряженность любовного чувства. Чувствуются постоянная неясная тревога, ощущение приближения всеобщего конца. Природа у Тютчева зачастую катастрофична и восприятие ее трагедийно. Это видно в стихах «Бессонница», «Видение», « Как океан объемлет шар земной». Ночью поэт ясно видит хаос, катастрофы и катаклизмы, несмотря на внешнее спокойствие природы днем.
    Он считает, что жизнь человека на земле есть призрак, сон, он чувствует приближение всеобщего последнего часа:
    И наша жизнь стоит пред нами,
    Как призрак, на краю земли.
    Читая стихи Тютчева постигаешь мир прекрасного – автор открывает перед читателями новые горизонты. Его поэзия не потеряла своей прелести и таинственности и в наше время. Она околдовывает, зачаровывает, заставляет обращаться к ней снова и снова.

    12. Философская лирика Ф. И. Тютчева

    Литературное наследие его невелико: несколько публицистических статей и около 50 переводных и 250 оригинальных стихотворений, среди которых довольно много неудачных. Зато среди остальных есть жемчужины философской лирики, бессмертные и недосягаемые по глубине мысли, силе и сжатости выражения, размаху вдохновения. Как поэт Тютчев сложился на рубеже 1820–1830?х гг. К этому времени относятся шедевры его лирики: «Бессонница», «Летний вечер», «Видение», «Последний катаклизм», «Как океан объемлет шар земной», «Цицерон», «Весенние воды», «Осенний вечер» и др. Проникнутая страстной, напряженной мыслью и одновременно острым чувством трагизма жизни, лирика Тютчева художественно выразила сложность и противоречивость действительности. Философские взгляды Тютчева формировались под воздействием натурфилософских взглядов Ф. Шеллинга. Лирика Тютчева пропитана тревогой. Мир, природа, человек предстают в его стихах в постоянном столкновении противоборствующих сил. Человек обречен на «безнадежный», «неравный» бой, «отчаянную» борьбу с жизнью, роком, самим собой. Особое тяготение проявляет поэт к изображению бурь и гроз в природе и в человеческой душе. Образы природы в поздней лирике окрашиваются прежде отсутствующим в них национально?русским колоритом. Тютчев наряду с Е. А. Баратынским – крупнейший представитель русской философской лирики XIX в. Художественный метод Тютчева отражает общее для русской поэзии движение от романтизма к реализму. Дарование Тютчева, который охотно обращался к стихийным основам бытия, само имело нечто стихийное. Идейное содержание философской лирики Тютчева значительно не столько своим разнообразием, сколько глубиной. Наименьшее место занимает здесь лирика сострадания, представленная, однако, такими захватывающими произведениями, как «Слезы людские» и «Пошли, Господь, свою отраду». Пределы, поставленные человеческому познанию, ограниченность знания «человеческого Я», слияния человека с жизнью природы, описания природы, нежное и безотрадное признание ограниченности человеческой любви – таковы господствующие мотивы философской поэзии Тютчева. Но есть еще один мотив – это мотив хаотической, мистической первоосновы жизни. Здесь Тютчев действительно является вполне своеобразным и если не единственным, то, наверное, самым сильным во всей поэтической литературе». В этом мотиве отражается вся поэзия Тютчева. Стихотворения «Святая ночь», «О чем ты воешь, ветр ночной», «О, вещая душа моя», «Как океан объемлет шар земной», «Ночные голоса», «Ночное небо», «День и ночь», «Безумие» и другие представляют собой единственную в своем роде лирическую философию хаоса, стихийного безобразия и безумия. И описания природы, и отзвуки любви проникнуты у Тютчева этим сознанием: за всем этим скрывается их роковая сущность, таинственная, отрицательная и страшная. Поэтому его философское раздумье всегда пронизано грустью, тоскливым сознанием своей ограниченности и преклонением пред неустранимым роком. Лишь политическая поэзия Тютчева запечатлена бодростью, силой и надеждами, которые иногда обманывали поэта. Политические стихотворения Тютчева уступают его философской лирике. Чтобы быть настоящим поэтом того направления, в котором писал Тютчев, надо было любить искренне Россию, знать ее, верить в нее. Этого, по собственным признаниям Тютчева, у него не было. Пробыв с 18 до 40 лет за границей, поэт не знал родины и в целом ряде стихотворений («На возвратном пути», «Вновь твои я вижу очи», «Итак, опять увидел я», «Глядел я, стоя над Невой») признавался, что родина ему не мила и не была «для души его родимым краем». Значение Тютчева в развитии русской лирической поэзии определяется его историческим положением: он, ученик Пушкина, стал учителем лириков послепушкинского периода. Его оценили раньше других Некрасов и Тургенев. Как и предсказывал Тургенев, Тютчев остался до сих пор поэтом немногих ценителей; волна общественной реакции лишь временно расширяла его известность, представляя его певцом своих настроений. Тютчев вошел в историю русской литературы как могучий, бессмертный представитель философской лирики, учитель поэзии для поэтов.

    Н. А. Некрасов

    13. Стихотворение Н. А. Некрасова «Поэт и гражданин»

    Первое, имевшее огромный успех собрание стихотворений Некрасова1856 г., открывалось программой, творческим манифестом – «Поэт и гражданин». Не только первое место к книге, но и особый шрифт призваны были подчеркнуть значение этого произведения. Здесь новый поэт предстает перед нами как реальность «во плоти и крови», со своим мироощущением и характером. Он вступает в диалог, который, как подчеркивает Некрасов, происходит в трудное и бурное время, в «годину горя». Гражданин напоминает Поэту о суровости и ответственности момента и призывает его к активному общественному действию:
    Иди в огонь за честь отчизны,
    За убежденье, за любовь…
    Иди и гибни безупречно.
    Умрешь недаром: дело прочно,
    Когда под ним струится кровь…
    Поэт отвечает Гражданину исповедью. У него характерная биография интеллегента?демократа. Это художник передовых убеждений, страстный гуманист:
    Без отвращенья, без боязни
    Я шел в тюрьму и к месту казни,
    В суды, в больницы я входил.
    Не повторю, что там я видел…
    Клянусь, я честно ненавидел!
    Клянусь, я искренно любил!
    Однако Поэт ощущает мучительное бессилие, глубокое недовольство собой. Он обвиняет себя в трусости, мелкости поэтических «обличений». У него вырывается стон
    Когда бы знали жизнь мою,
    Мою любовь, мои волненья…
    Угрюм и полон озлобленья,
    У двери гроба я стою…
    Гражданин полон решимости побороть «хандру» Поэта, он требует бескомпромиссности, подчинения интересам общества поэтического дара:
    Поэтом можешь ты не быть,
    Но гражданином быть обязан.
    В этой чеканной формуле выразилось знамение времени. Крепостническая система в России терпела внутренний крах. Наступал период переоценки ценностей, выбора позиции, окончательного размежевания между демократами и либералами. Недалек был час первой революционной ситуации в России. И понятно, почему Гражданин настойчиво предостерегает Поэта от опасности стать болтуном, развлекающим праздных ленивцев. В новых условиях даже приверженность к традиционным, «вечным» лирическим темам (таким как природа, любовь) кажется трусливым бегством от подлинных требований и нужд действительности:
    Еще стыднее в годину горя
    Красу долин, небес и моря
    И ласку милой воспевать…
    Такими неуместными становятся теперь умиление, восторг, светлая грусть. Их вытесняют «озлобленность», «мрачность», «угрюмство». Любовь и ненависть образуют в некрасовской поэзии противоречивое единство – одно не мыслится без другого. Гражданин близок Поэту. Это как бы его «второе Я», его внутренний голос, звучащий требовательно и беспощадно. Но несомненно и то, что Поэт не может перестать быть поэтом. «Поэт и гражданин» обрывается на высокой ноте драматической исповеди. Это не столько спор двух персонажей, сколько внутренний диалог, с самим собой, который продолжается и потом – на протяжении всей деятельности Некрасова. Тот, кому при жизни была дарована слава величайшего поэта, завершал свой путь неожиданным признанием:
    Я умру – моя померкнет слава,
    Не дивись – и не тужи о ней!
    Знай, дитя: ей долгим, ярким светом
    Не гореть на имени моем:
    Мне борьба мешала быть поэтом,
    Песни мне мешали быть бойцом…

    14. Поэтический мир Николая Некрасова

    Н. А. Некрасов создал целую эпоху в поэзии. Не одно поколение лучших людей России воспитывалось на произведениях поэта. С детских лет входят в наше сознание некрасовские образы, неповторимые звуки его стихотворной речи. В лице Некрасова, чутко уловившего требование времени, поэзия стремилась раздвинуть свои пределы. Поэт исповедуется перед обществом, считает себя ответственным перед ним. С высочайших нравственных позиций судит он свои несовершенства, казнит себя за малейшие колебания и слабости. Его политическое слово участвует в общественной борьбе, в деле народного освобождения. Становление Некрасова?поэта отмечено особыми чертами. Чтобы стать самим собой, ему надо творчески преодолеть себя. Чтобы стать подлинным поэтом, надо быть личностью со своей судьбой, необходимо пройти жизненную школу. Она оказалась суровой. В первых некрасовских стихотворениях слышатся прежде всего две интонации: сатирически разоблачающая и скорбно?поэтическая.
    Будешь ты чиновник с виду
    И подлец душой,
    Провожать тебя я выйду –
    И махну рукой!
    В день привыкнешь ты картинно
    Спину гнуть свою…
    Спи, пострел, пока невинный!
    Баюшки?баю.
    («Колыбельная песня»)
    А вот совсем другой сюжет и другие ритмы:
    Еду ли ночью по улице темной,
    Бури заслушаюсь в пасмурный день –
    Друг беззащитный, больной и бездомный,
    Вдруг предо мной промелькнет твоя тень!
    Некрасовский поэтический мир – это мир социальных противоречий, жестокой борьбы; мир тружеников, неимущих и угнетенных, с их насущными нуждами и интересами; мир нищеты, одиночества, промозглой сырости и пронзительного ветра. Сюжеты Некрасова – обычно истории неблагополучные: смерть ребенка, неравный брак, проводы рекрута. Некрасов ввел в поэзию великое многообразие лиц всех сословий и положений; собственными голосами заговорили у него городская улица, сельская сходка и ярмарка. В его произведениях с яркой характерностью и непринужденностью «высказываются» самые разные, не похожие друг на друга герои – от «убогого странника» до княгини Болконской, от провинциального чиновника до поэта Пушкина. Автор при этом выступает в особой роли. Он – свидетель, слушатель, собеседник, соучастник. Многие некрасовские стихотворения строятся как рассказ на увиденном и услышанном, как живой диалог автора с героем. Порой автору было достаточно лишь глянуть в окно, чтобы окружающая жизнь начала раскрываться в сценах и эпизодах. Так возникло знаменитое стихотворение «Размышление у парадного подъезда». Среди городской сутолоки появляется группа крестьян, пришедших к «парадному подъезду» издалека с просьбой. Это «правдоискатели», ходоки по делам крестьянского мира. Из?за житейской забитости, убогости, выступают одухотворенность, стойкость. Автор выступает в роли трибуна, обращенный к народу с вопросом – «Ты проснешься ль, исполненный сил?..» Характерное некрасовское мироощущение с особой силой проявилось в стихах о любви – они полны беспокойного напряжения, «мятежной страсти». По традиции «она» являлась герою из какого?то таинственного мира. Чаще всего любящие у Некрасова – союзники в жизненной борьбе, трогательно и бескорыстно поддерживающие друг друга, причем в героине порой даже больше душевных сил, какого?то веселого сопротивления невзгодам:
    Ты всегда хороша несравненно,
    Но когда я уныл и угрюм, оживляется так вдохновенно
    Твой веселый, насмешливый ум…
    В поэзии Некрасова выразилась тесная, кровная связь поэта с родиной, с ее прошлым и настоящим. Вне России он не мыслит ни жизни, ни творчества.
    В Европе удобно, но родины ласки
    Ни с чем несравнимы…
    Материнская любовь олицетворяет для Некрасова высшее духовное, нравственное начало. Отношение поэта к Родине – всегда глубокое сыновнее чувство. Оно пронизывает лирику и мощно отзывается в поэмах:
    Ты и убогая,
    Ты и обильная,
    Ты и могучая,
    Ты и бессильная,
    Матушка?Русь!
    С Некрасовым в литературу, в поэзию вошло нечто такое, что не устарело с годами, а развивалось, росло. Это – новый уровень народности и гражданственности, накал лирического чувства, новые поэтические открытия.

  5. Памятный день летних каникул. Рассказы детей на тему: “Как я провел лето?”

    Ф. И. ТЮТЧЕВ, А. А. ФЕТ

    Стихи А. А. Фета
    Стихи Ф. И. Тютчева

    Лирика

    Традиционными темами экзаменационного сочинения являются следующие:
    Основные мотивы лирики Тютчева и Фета.
    Темы вечные в лирике Тютчева и Фета.
    Человек и природа в лирике Тютчева и Фета.
    Аналогичные темы могут охватывать творчество только одного из этих поэтов. В соответствии с этим, разумеется, изменится выбор литературного материала, на основе которого будет строиться работа над сочинением.
    Предположим, вам предстоит раскрыть темы в изложенной выше формулировке. В этом случае следует обратиться к лирике двух великих русских поэтов, отобрав произведения, в которых, во-первых, наиболее ярко отразилась их творческая индивидуальность, во-вторых, отчетливо проявилась общая направленность их творческих поисков. Однако понять художественное кредо “чистых лириков” можно, только хорошо представляя себе современную им историческую эпоху. Поэтому во вступительной части сочинения можно дать общую характеристику основных примет времени 40—60-х годов XIX века, коснувшись идейно-политической борьбы, которая в той или иной степени повлияла на творчество каждого художника.
    Расцвет творчества Тютчева и Фета приходится на 40—60-е годы XIX века, которые знаменовались растущей популярностью революционно-демократической идеологии, влекущей за собой социальную направленность лирики поэтов демократической ориентации, ярчайшим представителем которой стал Некрасов. В России 60-х годов происходило размежевание литературных и общественных сил под влиянием новых революционных “базаровских” веяний. Когда громогласно отвергалось “чистое искусство” во имя практической пользы, когда декларировалась гражданственность поэзии, делалась ставка на коренное преобразование всего государственного строя России, результатом которого должны стать равенство, свобода и социальная справедливость.
    В этой общественной атмосфере творческое кредо Фета, отстаивающего “чистую красоту”, которой служит свободное искусство, не могло не вызвать нападок со стороны революционно-демократической критики.
    По своим взглядам Фет был консерватором, считая, что никакие социальные преобразования не могут принести в мир свободу и гармонию, ибо они могут существовать только в искусстве. Полемика Фета с “шестидесятниками”, борьба с чуждыми ему идеями революционной демократии, своеобразный “спор с веком” продолжались до конца жизни поэта.
    Политическое мировоззрение Тютчева во многом совпадает с фетовским. Несмотря на то, что революционное начало глубоко “проникло в общественную кровь”, поэт видел в революции только стихию разрушения. Тютчев считал, что спасение от кризиса, охватившего Россию, нужно искать в единении славян под эгидой русского “всеславянского” царя. Такая “христианская империя”, по его убеждению, сможет противостоять революционному и “антихристианскому” Западу.
    Однако реальная историческая действительность внесла существенные коррективы в мировоззрение Тютчева. Проигранная Россией Крымская война обнаружила бессилие, несостоятельность правительства перед лицом испытаний, постигших страну.
    Реформа 1861 года вскрыла острые социальные контрасты: роскошные празднества и развлечения светского общества на фоне голода и нищеты народа. Это не могло не вызвать негодования поэта-гуманиста, его боли и разочарования. Такие настроения способствовали усилению у Тютчева трагизма восприятия жизни. “Судьба России, — писал он, — уподобляется кораблю, севшему на мель, который никакими усилиями экипажа не может быть сдвинут с места, и лишь только одна приливающая волна народной жизни в состоянии поднять его и пустить в ход”.
    Несмотря на узость тематики Тютчева и Фета, вернее, их устремленность к вечным, вневременным проблемам, современники отдавали должное их мощному лирическому таланту Весьма показательна тургеневская оценка: “О Тютчеве не спорят, кто его не чувствует, тем самым доказывает, что он не чувствует поэзии”. Даже осуждая Фета за его гражданскую пассивность, равнодушие к общественным нуждам, Чернышевский называл его “даровитейшим из нынешних наших лирических поэтов” и считал, что он не должен стеснять своего таланта и писать о том, к чему не лежит душа.
    Салтыков-Щедрин тоже отводил Фету одно из видных мест в русской литературе, отмечая его искренность и свежесть, которыми он покоряет сердца читателей, хотя и считал его все-таки второстепенным поэтом, так как он “довольно тесен, однообразен и ограничен”.
    Даже Некрасов, декларативно и прямолинейно утверждающий гражданственность лирики, говорил, что “человек, понимающий поэзию и охотно открывающий душу свою ее ощущениям, ни в одном русском авторе, после Пушкина, не почерпнет столько поэтического наслаждения, сколько доставит ему г. Фет”.
    Переходим к работе над главной частью сочинения. Прежде всего внимательно вчитаемся в формулировки тем и постараемся выявить их сходство и различие. Для этого нужно уточнить, “расшифровать” их содержание. Основными темами творчества Тютчева и Фета являются природа, любовь, философские раздумья о тайнах бытия. Они, безусловно, и являются темами вечными, то есть не ограниченными той или иной эпохой. Таким образом, первые две формулировки предполагают разговоре пейзажной, любовной, философской лирике великих поэтов.
    Третья тема акцентирует внимание на сложных, тонких взаимоотношениях человека и окружающего его природного мира в их противоречивости и единении. Значит, раскрытие данной темы предполагает обращение к произведениям, отражающим своеобразное восприятие природы, ее влияние на душевный мир человека, его мысли, чувства, настроения. Таким образом, работа над любой из этих тем может основываться на общем литературном материале.
    Стремясь к полному и глубокому раскрытию темы, необходимо обратить внимание на общую направленность творческих поисков поэтов и их индивидуальность и своеобразие.
    Выделим их общие черты:
    единство эстетических воззрений;
    общность тематики: любовь, природа, философское осмысление жизни;
    склад лирического дарования: психологическая глубина, тонкость чувства, изящество слога, отточенность языка, сверхчуткое художественное восприятие природы.
    Для поэтов “чистого искусства” характерны высокая культура, преклонение перед совершенными образцами классической скульптуры, живописи, музыки, повышенный интерес к искусству Древней Греции и Рима, романтическая тяга к идеалу красоты, стремление приобщиться к “иному”, возвышенному миру.
    Рассмотрим, как в лирике Тютчева и Фета при общности тематики по-своему отразилось их художественное мироощущение.
    Любовная лирика обоих великих поэтов пронизана мощным драматичным, трагедийным звучанием, что связано с обстоятельствами их личной жизни. Каждый из них пережил смерть любимой женщины, оставившую в душе незаживающую рану. Шедевры любовной лирики Фета и Тютчева родились из подлинной боли, страданий, чувства невосполнимой утраты, ощущения вины и раскаяния.
    Наивысшим достижением любовной лирики Ф. И. Тютчева является так называемый “Денисьевский цикл”, посвященный любви, пережитой поэтом “на склоне лет” к Елене Александровне Денисьевой. Этот удивительный лирический роман длился 14 лет, закончившись смертью Денисьевой от чахотки в 1864 году. Но в глазах общества это были “беззаконные”, постыдные отношения. Поэтому и после смерти любимой женщины Тютчев продолжал винить себя в ее страданиях, в том, что не сумел оградить ее от “суда людского”.
    Стихотворения о последней любви поэта по глубине психологического раскрытия темы не имеют себе равных в русской литературе:
    О, как на склоне наших лет
    Нежней мы любим и суеверней…
    Сияй, сияй, прощальный свет
    Любви последней, зари вечерней!
    Огромная сила воздействия на читателя этих строк коренится в искренности и безыскусности выражения глубокой, выстраданной мысли о скоротечности огромного, неповторимого счастья, которого уже не вернуть. Любовь в представлении Тютчева — это тайна, высший дар судьбы. Она волнующа, причудлива и неподконтрольна. Смутное влечение, таящееся в глубине души, неожиданно прорывается взрывом страсти. Нежность и самопожертвование могут нежданно превратиться в “поединок роковой”:
    Любовь, любовь — гласит преданье —
    Союз души с душой родной —
    Их съединенье, сочетанье,
    И роковое их слиянье,
    И… поединок роковой…
    Однако подобная метаморфоза все-таки не способна убить любовь; более того, страдающий человек не желает избавиться от мук любви, ибо она дарит ему полноту и остроту мироощущения.
    Даже смерть любимой не может избавить человека от этого всепоглощающего чувства, заставляя его вновь и вновь переживать, уже в воспоминаниях, неповторимые минуты счастья, окрашенного страданием.
    Дочь Ф. И. Тютчева вспоминала в “Дневнике”: “Елена Денисьева умерла. Я увиделась снова с отцом в Германии. Он был в состоянии, близком к помешательству… Он всеми силами души был прикован к той земной страсти, предмета которой не стало. И это горе, все увеличиваясь, переходило в отчаяние, которое было недоступно утешениям религии…”
    Самозабвенная, страстная любовь к молодой женщине, ровеснице его дочери, сделала Тютчева навсегда ее пленником. Только сильное, глубокое, всепоглощающее чувство могло вылиться в такие стихи:
    О, этот Юг, о, эта Ницца!..
    О, как их блеск меня тревожит!
    Жизнь, как подстреленная птица,
    Подняться хочет — и не может…
    Со смертью любимой женщины ушли жизнь, мечты, желания, померкли ее прежде яркие краски. Точное до боли сравнение, уподобляющее человека птице с поломанными крыльями, передает чувство потрясения от тяжелой утраты, опустошенности, бессилия:
    Любила ты, и так, как ты, любить —
    Нет, никому не удавалось!
    О Господи!.. и это пережить…
    И сердце на клочки не разорвалось.
    “Денисьевский цикл” Тютчева стал нерукотворным памятником его возлюбленной. Она, подобно Беатриче Данте или Лауре Петрарки, обрела бессмертие. Теперь эти стихи существуют отдельно от трагической историй любви, но вершиной мировой любовной лирики они стали потому, что их питала живая жизнь.
    Любовная лирика А. А. Фета также неотделима от его судьбы, его личной драмы, которая объясняет то, что во всех его стихах, то усиливаясь, то слабея, звучит “отчаянная, рыдающая нота”.
    Будучи унтер-офицером Кирасирского полка, Фет познакомился с Марией Лазич, дочерью бедного херсонского помещика. Они полюбили друг друга, но будущий поэт не решился жениться на девушке, так как не имел достаточных средств. Он писал об этом в марте 1849 года близкому другу, И. Борисову: “Это существо стояло бы до последней минуты сознания моего передо мною — как возможность возможного для меня счастия и примирения с гадкой действительностью. Но у нее ничего, и у меня ничего…” Кроме того, женитьба заставила бы Фета поставить крест на всех его планах. В 1851 году Мария погибла: сгорела от неосторожно брошенной спички. Предполагали даже, что это было самоубийство. Во всяком случае, А. Фет до конца своих дней не мог забыть Марию, испытывая горькое чувство вины и раскаяния.
    Ей посвящены многие стихотворения поэта: “Старые письма”,
    “Недвижные очи, безумные очи”,
    “Солнца луч промеж лип…”,
    “Долго снились мне вопли рыданий твоих” и многие другие.
    В любовных стихотворениях Фета почти всегда один адресат. Он обращает к умершей девушке страстные, взволнованные монологи, полные смятенья и раскаяния.
    В элегии “Старые письма” поэт перечитывает их, заново переживая былую драму:
    Я вами осужден, свидетели немые
    Весны души моей и сумрачной зимы.
    Вы те же светлые, святые, молодые,
    Как в тот ужасный час, когда прощались мы…
    Я дерзко оттолкнул писавшую вас руку,
    Я осудил себя на вечную разлуку
    И с холодом в груди пустился в дальний путь.
    Эти горькие, полные самобичевания строки превратились в своеобразное лирическое “преступление и наказание”.
    Но острый накал чувства, мучительная энергия переживания как бы преодолевает смерть. Поэт говорит с возлюбленной, как с живой, добиваясь у нее ответа, даже завидуя ее безмолвию и небытию:
    Очей тех нет — и мне не страшны гробы,
    Завидно мне безмолвие твое,
    И, не судя ни тупости, ни злобы,
    Скорей, скорей в твое небытие!
    В этих стихах, наполненных страстью и отчаянием, звучит отказ поэта примириться с вечной разлукой, со смертью любимой. Здесь даже “небытие” ощущается им как нечто позитивное, как неразрывная уже связь с ней. Преодолевая трагедию, Фет превращает ее в драматическую радость, в гармонию, в постоянный источник вдохновения. Время размывает свои границы. Для поэта и прошлое, и настоящее, и будущее — это “теперь”. Так называется его стихотворение, в котором, обращаясь к своей читательнице из далекого будущего, он говорит, что в этот самый миг “и ты и я — мы встретимся, — теперь”. Другие слова Фета: “Хоть не вечен человек, то, что вечно, человечно”, — утверждают бессмертие человеческой души, несмотря на бренность тела. Таким образом, здесь выявляется характерная особенность лирики Фета: красота и гармония в его стихах рождается из преодоленного страдания так же, как радость добывается из боли.
    В творчестве Тютчева пейзажная лирика настолько тесно сплетена с его философскими раздумьями о жизни, что рассматривать эти основные мотивы его поэзии следует в их неразрывном, органическом единстве. Тютчев — это лирик-мыслитель, вдохновенный певец природы, проникновенный выразитель человеческих чувств. Перелески, сады, аллеи пробуждают в нем острое ощущение природы, творческое воображение, философское восприятие жизни. Человек в его понимании соединяет в себе два начала: душу и тело. “Великая и возвышенная книга природы”, по выражению Руссо, “открыта всем очам… Она говорит всем людям и языком, понятным для всех умов”. Ту же мысль Тютчев блистательно выразил в двух лаконичных поэтических строчках:
    В ней есть душа, в ней есть свобода,
    В ней есть любовь, в ней есть язык…
    Лирика природы стала величайшим художественным достижением Ф. Тютчева. Пейзаж дается поэтом в динамике, движении. Причем диалектика явлений природы отражает таинственные движения человеческой души. Конкретно-зримые приметы внешнего мира порождают субъективное впечатление. Например, в стихотворении, рисующем наступление осени, поэт очень точно передает настроение светлой грусти, мысль о скоротечности и прелести жизни:
    Есть в осени первоначальной
    Короткая, но дивная пора —
    Весь день стоит как бы хрустальный,
    И лучезарны вечера.
    Где бодрый серп гулял и падал колос,
    Теперь уж пусто все — простор везде, —
    Лишь паутины тонкий волос
    Блестит на праздной борозде.
    В этом проникновенном осеннем пейзаже, помимо конкретности и точности реалистических деталей, проявляется замечательная способность Тютчева — пробуждать воображение читателя, заставить его мысленно “дорисовать” едва намеченный поэтический образ. Например, на первый взгляд, странно и необычно звучит словосочетание “праздная борозда”. Но, если вдуматься, то оказывается, этим автор подчеркивает, что все работы уже окончены, все убрано, и настала пора спокойной праздности. Таким образом, легкий намек автора позволяет ему достичь полного и законченного впечатления у читателя.
    Описывая картины природы, Тютчев создает не поэтические натуры, а “пейзажи в стихах”, потому что его зрительные образы проникнуты мыслью, чувством, настроением, переживанием:
    Тени сизые смесились,
    Цвет поблекнул, звук уснул —
    Жизнь, движенье разрешились
    В сумрак зыбкий, в дальний гул…
    Мотылька полет незримый
    Слышен в воздухе ночном…
    Час тоски невыразимой!..
    Все во мне, и я во всем!..
    В этом очень “тютчевском” стихотворении замечательно передана и беспредельность Вселенной, и живое, трепетное дыхание жизни в ее тончайших проявлениях, и еле уловимые оттенки личностного переживания. Все это вместе выражает высшее состояние, какого только может достичь человек. Здесь отчетливо звучит тютчевская мысль о противоречиях и целостности бытия, о трагическом единстве человека и природы. Она предстает такой живой и одухотворенной, что человек воспринимает ее как близкую и родную ему. Однако он не может до конца слиться с природой, ибо это означало бы его гибель, “растворение в изначальном хаосе”:
    3
    О, страшных песен сих не пой
    Про древний хаос, мой родимый!
    Как жадно мир души ночной
    Внимает повести любимой!
    Из смертной рвется он груди,
    Он с беспредельным жаждет слиться!..
    О, бурь заснувших не буди —
    Под ними хаос шевелится!..
    Человеческая душа упорно стремится к слиянию с природой, но это единство невозможно. Таким образом, вечное, космическое, неразрешимое противоречие приобретает трагический характер. Однако поэт может “хотя на миг” стать причастным к вселенской жизни. Мир человека представляет собой целый космос, сопоставимый с огромностью мироздания. Поэтому для выражения сложности духовной жизни поэт использует образы природы:
    Как океан объемлет шар земной,
    Земная жизнь кругом объята снами;
    Настанет ночь — и звучными волнами
    Стихия бьет о берег свой.
    Такие параллели и сопоставления пробуждают в читателе каждый раз новые, свежие ассоциации, биение внутренней жизни. Философская глубина постижения бытия сочетается у Тютчева с жадным интересом к конкретным историческим событиям, которые он называет “высокими зрелищами”, с попыткой разгадать их смысл, понять закономерности развития человеческого общества. Он воспринимает реальную жизнь в беспрестанном противоборстве враждующих сил, что вызывает в нем тревожное предчувствие грандиозных исторических катастроф и потрясений, которые несут с собой крушение социальных устоев и религиозно-нравственных принципов:
    И наша жизнь стоит пред нами,
    Как призрак на краю земли,
    Бледнеет в сумрачной дали;
    И новое, младое племя
    Меж тем на солнце расцвело.
    А нас, друзья, и наше время
    Давно забвеньем занесло.
    Здесь, в стихотворении “Бессонница” отражается угнетенное настроение поэта, явственно слышащего движение мировой истории, в которой он ощущает себя “обломком старых поколений”. Однако Тютчев мог подавить в себе приступы тоски и обреченности, найти силы радостно приветствовать молодую жизнь. Его поэзия оптимистична; она утверждает прекрасное грядущее, в котором будет жить новое, счастливейшее племя, для которого свободы солнце “живей и жарче будет греть”. Во всем мировоззрении поэта отражается любовь и жажда жизни, воплощенные в ликующих строках “Весенней грозы” и “Вешних вод”:
    Еще в полях белеет снег,
    А воды уж весной шумят —
    Бегут и будят сонный брег,
    Бегут и блещут и гласят…
    Они гласят во все концы:
    “Весна идет, весна идет!
    Мы молодой весны гонцы,
    Она нас выслала вперед!”
    Весна воспринимается поэтом не только как чудесное время года, а и как победа жизни над смертью, как гимн юности и человеческому обновлению.
    А. Фет, как и Ф. Тютчев, достиг в пейзажной лирике блистательных художественных высот, став признанным певцом природы. Здесь проявились его удивительная острота зрения, любовное, трепетное внимание к мельчайшим подробностям родных пейзажей, их своеобразное, индивидуальное восприятие.
    А. К. Толстой очень тонко уловил неповторимое фетовское качество — способность передать природные ощущения в их органическом единстве, когда “запах переходит в цвет перламутра, в сияние светляка, а лунный свет или луч утренней зари переливаются в звук”. Чувство природы у Фета универсально, ибо он обладает богатейшими возможностями поэтического “слуха” и “зрения”. Примеры такого полифонического восприятия природы можно встретить в таких его стихотворениях, как “Первая борозда”, “У камина”, “Над озером лебедь…”, “Что за вечер!” и многих других. Пейзажная лирика Фета, как и у Тютчева, неотделима от человеческой личности, его мечтаний, стремлений и порывов. Характерно в этом плане его стихотворение “Ласточки”:
    Вот понеслась и зачертила —
    И страшно, чтобы гладь стекла
    Стихией чуждой не схватила
    Молниевидного крыла.
    И снова то же дерзновенье
    И та же темная струя, —
    Не таково ли вдохновенье
    И человеческого я?
    Свободный полет птицы вызывает у лирического героя невольную ассоциацию с дерзновенностью, мятежностью человеческого духа, стремящегося прорваться в неведомое, познать непознаваемое, ценой жизни соприкоснуться с высшей тайной бытия. Эту способность касаться неизведанного Фет считал уделом поэта, “избранного певца”. Вся его поэзия — это взлет, рывок, попытка заглянуть в иной мир. Неудивительно, что, сравнивая себя с ласточкой, он говорит, что его высшая цель — “стихии чуждой запредельной… хоть каплю зачерпнуть”. Подобную мысль Фет выразил и в своем поэтическом кредо: “Кто не в состоянии броситься с седьмого этажа вниз головой с непоколебимой верой в то, что он воспарит по воздуху, тот не лирик”.
    А. А. Фет остро чувствует красоту и гармонию природы в ее мимолетности и изменчивости.
    В его пейзажной лирике много мельчайших подробностей реальной жизни природы, которым соответствуют разнообразнейшие проявления душевных переживаний лирического героя. Например, в стихотворении “Еще майская ночь” прелесть весенней ночи порождает в герое состояние взволнованности, ожидания, томления, непроизвольности выражения чувств:
    Какая ночь! Все звезды до единой
    Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
    И в воздухе за песней соловьиной
    Разносится тревога и любовь.
    В каждой строфе этого стихотворения диалектически сочетаются два противоположных понятия, которые находятся в состоянии вечной борьбы, вызывая каждый раз новое настроение. Так, в начале стихотворения холодный север, “царство льдов” не только противопоставляется теплой весне, но и порождает ее. А затем вновь возникают два полюса: на одном тепло и кротость, а на другом — “тревога и любовь”, то есть состояние беспокойства, ожидания, смутных предчувствий.
    Еще более сложная ассоциативная контрастность явлений природы и человеческого ее восприятия отразилась в стихотворении “Ярким солнцем в лесу полыхает костер”. Здесь нарисована реальная, зримая картина, в которой яркие краски предельно контрастны: красный полыхающий огонь и черный уголь. Но, помимо этого бросающегося в глаза контраста, в стихотворении есть и другой, более сложный. Темной ночью пейзаж ярок и красочен:
    Ярким солнцем в лесу пламенеет костер,
    И, сжимаясь, трещит можжевельник,
    Точно пьяных гигантов столпившийся хор,
    Раскрасневшись, шатается ельник.
    А день, который должен нести свет и радость, у Фета холоден и скучен; его тусклые краски однообразны и непривлекательны:
    И лениво и скупо мерцающий день
    Ничего не укажет в тумане;
    У холодной золы изогнувшийся пень
    Прочернеет один на поляне.
    То есть именно ночь у Фета — пора поэтического вдохновения, она будит воображение и полет фантазии. И реалистический пейзаж вдруг теряет свои очертания, превращаясь в космический символ огня Жизни, противостоящий холодной, бесстрастной Смерти.
    Пожалуй, самым фетовским стихотворением, отображающим его творческую индивидуальность, является “Шепот, робкое дыханье…” Оно поразило современников поэта и до сих пор продолжает восхищать и очаровывать новые поколения читателей своей психологической насыщенностью при максимальном лаконизме выразительных средств. В нем полностью отсутствует событийность, усиленная безглагольным перечислением чересчур личных впечатлений. Однако каждое выражение здесь стало картиной; при отсутствии действия налицо внутреннее движение. И заключается оно в смысловом композиционном развитии лирической темы. Сначала это первые неброские детали ночного мира:
    Шепот, робкое дыханье,
    Трели соловья,
    Серебро и колыханье
    Сонного ручья…
    Затем в поле зрения поэта попадают более дальние крупные детали, более обобщенные и неопределенные, туманные и расплывчатые:
    Свет ночной, ночные тени,
    Тени без конца,
    Ряд волшебных изменений
    Милого лица.
    В заключительных строчках и конкретные, и обобщенные образы природы сливаются, образуя огромное целое — небо, охваченное зарей. И внутреннее состояние человека тоже входит в эту объемную картину мира как органическая его часть:
    В дымных тучках пурпур розы,
    Отблеск янтаря,
    И лобзания, и слезы,
    И заря, заря!..
    То есть здесь налицо эволюция человеческого и природного планов, хотя полностью отсутствует аналитический элемент, лишь фиксация ощущений поэта. Нет конкретного портрета героини, только смутные, неуловимые приметы ее облика в субъективном восприятии автора. Таким образом, движение, динамика неуловимого, прихотливое чувства передает сложный мир личности, вызывая ощущение органического слияния жизни природной и человеческой.
    Значительное место в лирике А. Фета занимают философские раздумья. Это мысли о бренности человека, о его страхе перед необъяснимой загадкой смерти:
    Бежать? Куда? Где правда, где ошибка?
    Опора где, чтоб руки к ней простерть?
    Что ни расцвет живой, что ни улыбка, —
    Уже под ними торжествует смерть.
    Слепцы напрасно ищут, где дорога,
    Доверясь чувств слепым поводырям;
    Но если жизнь — базар крикливый бога,
    То только смерть — его бессмертный храм.
    Финал стихотворения “Смерть” неожидан и парадоксален, ибо утверждает вечную жизнь души в смерти.
    В стихотворении “Среди звезд”, тоже относящемся к философской лирике Фета, картина бескрайнего неба заставляет лирического героя почувствовать себя песчинкой, жизнь которой — лишь миг по сравнению с вечным бытием звезд. Он как бы слышит их голос, раздающийся с вышины:
    “…Нам нет числа. Напрасно мыслью жадной
    Ты думы вечной догоняешь тень;
    Мы здесь горим, чтоб в сумрак непроглядный
    К тебе просился беззакатный день.
    Вот почему; когда дышать так трудно,
    Тебе отрадно так поднять чело
    С лица земли, где все темно и скудно,
    К нам, в нашу глубь, где пышно и светло”.
    Здесь отчетливо противопоставляется ничтожеству земли высший непознаваемый мир, который властно влечет к себе, завораживает гармонией и тайной. Поэт как бы оказывается вне времени, заглядывая прямо в вечность, ему “доступна вся бездна эфира”, открыто бесконечное мироздание.
    Ключевая тема фетовской эстетики — “борьба искусства с будничной жизнью”, которую поэт замечательно выразил в одном из последних своих стихотворений:
    Одним толчком согнать ладью живую
    С наглаженных отливами песков,
    Одной волной подняться в жизнь иную,
    Учуять ветр с цветущих берегов;
    Тоскливый сон прервать единым звуком,
    Упиться вдруг неведомым, родным,
    Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам,
    Чужое вмиг почувствовать своим…
    В этих выстраданных, искренних строчках с абсолютной отчетливостью и глубиной выразилось фетовское представление о назначении поэтического творчества.
    Переходим к работе над заключением. Дав развернутую характеристику лирики двух выдающихся поэтов середины XIX века, закономерно сделать вывод о значении их творчества, преемственности с пушкинской традицией и экспериментаторским поиском поэзии “серебряного века”. Тютчев и Фет стали предтечей символизма, обогатив сокровищницу русской литературы новыми изобразительными средствами: образностью, сжатостью и выразительностью стиля, способностью запечатлеть тонкую и сложную жизнь души в ее сокровенной глубине; цельностью и полнотой поэтической “концепции” бытия. Таким образом, поэты “чистого искусства” дополнили актуальные для данного исторического периода проблемы темами вечными, общечеловеческими, создав многообразную, насыщенную, глубокую, объективную картину мира.

  6. Девятнадцатый век щедро одарил человечество бесценными духовными сокровищами. Среди замечательных писателей и поэтов этого поистине золотого века достойное место принадлежит А. А. Фету и Ф. И. Тютчеву.
    Тютчев написал свое первое стихотворение в одиннадцать лет. За годы своей долгой литературной жизни он стал крупнейшим представителем русской философской лирики. Все пережитое и передуманное им нашло воплощение в его стихах.
    Фет родился поэтом. Замечательная художественная одаренность составляла суть его сути, душу его души. Уже с детства он был “жаден до стихов”, испытывал ни с чем не сравнимое наслаждение, читая Пушкина.
    Поэзия Фета и Тютчева — это выражение богатой внутренней жизни авторов, результат неутомимой работы мысли, вся палитра чувств, их волновавших.
    Вечные темы: природа, любовь и красота – основные темы произведений Фета и Тютчева. Наиболее ярко в лирике Тютчева изображена природа. Для каждого времени года он нашел такие краски, такие рифмы и сравнения, что они запоминаются на всю жизнь. Еще с детства живут в памяти сказочные строки:
    Чародейкою Зимою
    Околдован, лес стоят…
    Сном волшебным очарован,
    Весь опутан, весь окован
    Легкой цепью пуховой…
    Потом приходит пора, когда “еще в полях белеет снег”:
    Еще природа не проснулась,
    Но сквозь редеющего сна
    Весну послышала она,
    И ей невольно улыбнулась…
    А какая веселая, озорная майская гроза изображена Тютчевым: “Первый гром… грохочет”, “гремят раскаты молодые”, “все вторит весело громам”. Великолепно описан летний вечер, который опускается на землю после знойного дня:
    И сладкий трепет, как струя,
    По жилам пробежал природы,
    Как бы горячих ног ея
    Коснулись ключевые воды.
    И, наконец, “умильная таинственная прелесть” осени, “туманная и тихая лазурь над грустно сиротеющей землею”, когда лежит на всем
    Та кроткая улыбка увяданья,
    Что в существе разумном мы зовем
    Божественной стыдливостью страданья.
    Идея торжества природы и человека пронизывает всю лирику Тютчева. Для него природа
    Не слепок, не бездушный лик –
    В ней есть душа, в ней есть свобода,
    В ней есть любовь, в ней есть язык.
    Однако существует и трагическое различие. “Созвучье полное в природе”: после бурь и гроз всегда наступает успокоение, а в душе человека бури, обогащая ее многообразием чувств, часто оставляют после себя боль утраты и опустошенность.
    Фет — один из замечательнейших поэтов-пейзажистов. В его стихах весна сходит на землю “невестою-царицей”. Фет описывает природу детально, ни один штрих не ускользает от его пристального взгляда:
    Шепот, робкое дыханье,
    Трели соловья,
    Серебро и колыханье
    Сонного ручья…
    Природа у него очеловечена, как ни у одного из его предшественников, Цветы в стихах Фета улыбаются, пруд грезит, березы ждут, ива “дружна с мучительными снами”, “изрыдалась осенняя ночь ледяными слезами”, звезды, которым так много строк посвятил Фет, говорят человеку:
    Вот почему, когда дышать так трудно,
    Тебе отрадно так поднять чело
    С лица земли, где все темно и скудно,
    К нам, в нашу глубь, где пышно и светло.
    Лучшими в лирике Тютчева, на мой взгляд, являются стихи о любви. В ранних произведениях любовь — радость, восторг, “весна в груди”. В более поздних все чаще звучат трагические ноты. Все, о чем писал поэт, было пережито и перечувствовано ки самим. Наиболее трогательным является “Денисьевский цикл”, посвященный Е. А. Денисьевой, самой большой любви поэта. Любимая для Тютчева — “неразгаданная тайна”, “живая прелесть дышит в ней”. Поэт восклицает: “Земное ль в ней очарованье иль неземная благодать?”. Но эта любовь трагична. Она не вынесла “насилья пошлости людской”. И болью отзываются в душе
    строки:
    О, как убийственно мы любим,
    Как в буйной слепоте страстей
    Мы то всего вернее губим,
    Что сердцу нашему милей!
    Е. А. Денисьева умерла, но поэт до конца дней помнил о женщине, “судьбы не одолевшей, но и себя не давшей победить”, оставшейся его “живой души безжизненным кумиром”.
    Основополагающей для всего творчества Фета является тема любви. Этому способствовали драматические обстоятельства, имевшие место в дни его ранней молодости. Находясь на службе в Херсонской области, Фет познакомился с Марией Лазич – девушкой из небогатой семьи. Они полюбили друг друга, но будущий поэт, не имевший никаких средств к жизни, не смог на ней жениться. Девушка вскоре трагически погибла. Всю жизнь, до конца дней Фет не мог ее забыть. Очевидно, жизненная драма внутри, как подземный ключ, питала его лирику. Поэт всю жизнь был связан невидимой нитью со своей погибшей возлюбленной:
    И хоть жизнь без тебя
    Суждено мне влачить,
    Но мы вместе с тобой,
    Нас нельзя разлучить.
    Он дал торжественное обещание: “Я пронесу твой свет через жизнь земную”, и, действительно, поэт навсегда сохранил в памяти свежесть чувств, образ своей единственной и надежду на воссоединение с ней. Уже на закате жизни он писал:
    Мелькнет ли красота иная на мгновенье,
    Мне чудится, вот-вот тебя я узнаю;
    И нежности былой я слышу дуновенье,
    И, содрогаясь, я пою.
    Но страдания не опустошили душу поэта. Целебной силой явилась для него природа, которая помогла забыть “всю злобу гнетущую”.
    Многие стихи Фета связаны с раздумьями о смерти. В некоторых из них присутствуют мотивы блаженства-небытия:
    Если жизнь базар крикливый бога,
    То только смерть его бессмертный храм.
    Фету свойствен ясный и мужественный взгляд на мир, он не боится смерти, не боится жизни. Он, несмотря на внутренний трагизм, а, может быть, благодаря ему, один из самых “солнечных” поэтов. Еще мне хочется отметить особую музыкальность произведений Фета. Недаром так много чудесных романсов написано на его стихи. Один из них мне кажется особенно прекрасным:
    Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
    Лучи у наших ног в гостиной без огней…
    В произведениях Тютчева любовь к природе, любовь к женщине неразрывно связаны с любовью к Родине, к родному народу. Поэт уверен, что “гордый взор иноплеменный” никогда не оценит в полной мере “край родной долготерпенья”. Горечь звучит в его словах, но верой в русский народ, в его особую судьбу проникнуты строки:
    Умом Россию не понять.
    Аршином общим не измерить:
    У ней особенная стать-
    В Россию можно только верить.
    Поэзия Тютчева в наше время помогает нам увидеть красоту родного края, осознать мощь и величие русского языка, поверить в русский народ.
    Ведь это нам, русским людям, завещал поэт своей “души высокий строй”. И теперь от нас зависит
    Достойны ль мы священного залога?
    Иль не про нас сказало божество:
    “Лишь сердцем чистые, те узрят бога!”

  7. Художественное творчество русских поэтов Фета и Тютчева в значительной мере взаимосвязано. Сами лирики имели очень теплые и уважительные отношения. Этому есть вполне конкретное объяснение. Фет и Тютчев исповедовали доктрину «чистого искусства», с которой спорили в тот период демократически настроенные поэты некрасовской школы. В творчестве обоих поэтов большое место занимает природа, ее красота. Обоих поэтов отличает внутренняя близость к природе, гармония с ней, тонкое понимание природной жизни.
    Традиционным для русской литературы является отождествление картин природы с определенным настроением и состоянием человеческой души. Этот прием образного параллелизма широко использовали Жуковский, Пушкин и Лермонтов. Эту же традицию продолжают в своих стихах Фет и Тютчев. Так, Тютчев в стихотворении «Осенний вечер» сравнивает увядающую природу с измученной человеческой душой. Поэту удалось с удивительной точностью передать болезненную красоту осени, вызывающую одновременно и восхищение, и грусть. Особенно характерны для Тютчева смелые, но всегда верные эпитеты: «зловещий блеск и пестрота дерев», «грустно сиротеющая земля».
    Довольно примечателен прием образного параллелизма в стихотворении Фета «Шепот, робкое дыханье…». В нём лирик искусно рисует картину любовное свидание, которое тонко переплетается с образом ночного сада, соловьиными трелями и разгорающейся зарей. Природа помогает понять чувства влюблённых, придает им особую поэтичность и некую таинственность.
    Другой точкой соприкосновения в изображении образов природы Фета и Тютчева являются общие мотивы природных стихий. Это описание звезд, моря и огня. В образе звездного неба для Тютчева и Фета неповторимо отражается таинственное могущество и сила природы. Вот как Тютчева рисует эту картину: «Небесный свод, горящий славой звездной, Таинственно глядит из глубины…». «И хор светил, живой и дружный, Кругом раскинувшись, дрожал» – поэтически парирует Фет.
    Вместе с общими приемами и мотивами поэтов объединяет сходное отношение к природе вообще. Для Тютчева и Фета природа – носительница высшей мудрости, гармонии и красоты. Именно к ней должен обращаться человек в трудную минуту, у нее искать вдохновения и поддержки. «Великой Матерью» называет природу Тютчев. Это же сравнение возникает и в другом его стихотворении, где поэт восклицает: «Не то, что мните вы, природа: Не слепок, не бездумный лик – В ней есть душа, в ней есть свобода, В ней есть любовь, в ней есть язык…» В свою очередь Фет в своем стихотворении «Учись у них – у дуба, у березы…» предлагает искать примеры для подражания в самой природе, в ее способности возрождаться к новой жизни. К концу жизни Тютчев осознает, что человек является «лишь грезою природы». Природа видится ему «всепоглощающей и миротворной бездной», которая внушает поэту не только страх, но едва ли не ненависть. Над ней не властен его разум, «духа мощного господство». Так на протяжении жизни меняется образ природы в сознании и творчестве Тютчева. Отношения поэта с природой все больше символизируют «поединок роковой». Но ведь именно так сам Тютчев определил подлинную любовь.
    Совершенно иные отношения с природой у Фета. Он не стремится «подняться» над природой, анализировать ее с позиций разума. Фет ощущает себя органичной частью природы. В его стихах передается чувственное, эмоциональное восприятие мира. Чернышевский писал о стихах Фета, что их могла бы написать лошадь, если бы выучилась писать стихи. В самом деле, именно непосредственность впечатлений отличает творчество Фета. Он часто сравнивает себя стихах с «первым жителем рая», «первым иудеем на рубеже земли Обетованной». Это самоощущение «первооткрывателя природы» часто свойственно героям Толстого, с которыми Фет был дружен. Вспомним хотя бы князя Андрея, воспринимающего березу как «дерево с белым стволом и зелеными листьями». У Фета же в стихотворении «Весенний дождь» мы читаем: «И что-то к саду подошло, По свежим листьям барабанит». Это «что-то», конечно, дождь, но для Фета ограничнее назвать его именно таким неопределенным местоимением. Тютчев, пожалуй, такого себе позволить бы не мог. Но для Фета природа в самом деле является естественной средой жизни и творчества. Творческий порыв приходит к нему вместе с пробуждением природы. В стихотворении «Я пришел к тебе с приветом» особенно ясно чувствуется единство тех сил, что побуждают петь птиц и творить поэта: «…Отовсюду На меня весельем веет, Что не знаю сам, что буду Петь – но только песня зреет».
    Будучи близки к идеологии «чистого искусства», оба поэта сделали природу одной из центральных тем в своем творчестве. Для Тютчева и Фета природа является могущественной силой, носительницей некой высшей мудрости и красоты. В их стихах повторяются общие мотивы природных стихий: звезд, неба, моря, огня, зари и т. д. Часто с помощью картин природы эти поэты передают состояние человеческой души. Однако для Тютчева более характерно отношение к природе с позиции разума, а для Фета – с позиции чувства. Но бесспорно то, что оба поэта являются величайшими мастерами пейзажной лирики и их творчество стало определяющим для многих литературных течений русского серебряного века. Едва ли без Фета было бы возможно явление в русской литературе Блока и Мандельштама. Тютчев же стал своего рода «учителем» русских символистов. Так своеобразно преломилась за столетие традиция пейзажной лирики, идущая от Жуковского и Пушкина.

  8. Материалы для подготовки к сочинению по творчеству Тютчева и Фета

    Подготовительные вопросы к сочинению:

    Каковы основные темы лирики Тютчева и Фета?
    Почему оба поэта отказывались затрагивать в своем творчестве злободневные вопросы?
    Как отразилась жизненная трагедия обоих поэтов в их любовной лирике?
    Каковы основные отличия поэзии Тютчева от лирики Фета?
    Какую роль сыграла поэзия “чистых лириков” в истории русской литературы?

    Ответы

    Основными темами творчества Тютчева и Фета являются природа, любовь, философские размышления о тайнах бытия – то есть темы вечные, не ограниченные той или иной эпохой.
    Расцвет творчества Тютчева и Фета приходится на 40-60-е годы XIX века, когда громогласно отвергалось “чистое искусство” во имя практической пользы, когда декларировалась гражданственность поэзии, делалась ставка на преобразование всего общественного строя России, результатом которого должны были стать равенство, свобода и социальная справедливость.
    Всю свою жизнь Фет отстаивал “чистую красоту”, которой служит свободное искусство, он был уверен, что никакие социальные преобразования не могут принести в мир свободу и гармонию, ибо они могут существовать только в искусстве. Политическое мировоззрение Тютчева во многом совпадает с фетовским. Поэт видел в революции только стихию разрушения, спасение от кризиса, охватившего Россию, следовало, по мысли Тютчева, искать в единении славян под эгидой русского “всеславянского” царя. Такая “христианская империя”, по его убеждению, сможет противостоять революционному и “антихристианскому” Западу. Однако реальные исторические события не отвечали идеалистическим устремлениям поэта. Россия проиграла Крымскую войну, а реформа 1861 года вскрыла острые социальные конфликты. “Судьба России, – писал Тютчев, – уподобляется кораблю, севшему на мель, который никакими усилиями экипажа не может быть сдвинут с места, и лишь одна приливающая волна народной жизни в состоянии поднять его и пустить в ход”.
    Многие современники Тютчева и Фета, придерживаясь других политических взглядов, отдавали должное таланту поэтов-лириков. Тургенев писал: “О Тютчеве не спорят: кто его не чувствует, тем самым доказывает, что он не чувствует поэзии”. Даже осуждая Фета за его гражданскую пассивность, равнодушие к общественным нуждам, Чернышевский называл его “даровитейшим из нынешних наших лирических поэтов”. Даже Некрасов, декларативно и прямолинейно утверждающий гражданственность лирики, говорит, что “человек, понимающий поэзию и охотно открывающий душу свою ее ощущениям, ни в одном русском авторе, после Пушкина, не почерпнет столько поэтического наслаждения, сколько доставит ему г. Фет”.
    Любовная лирика обоих великих поэтов пронизана мощным драматическим, трагедийным звучанием, что связано с обстоятельствами их личной жизни. Каждый из них пережил смерть любимой женщины, оставившую в душе незаживающую рану.
    “Денисьевский цикл” Ф. И. Тютчева посвящен любви, пережитой поэтом “на склоне лет” к Елене Александровне Денисьевой. Этот удивительный лирический роман длился 14 лет, закончившись смертью Денисьевой от чахотки в 1864 году. Но в глазах общества это были “беззаконные”, постыдные отношения. Поэтому и после смерти любимой женщины Тютчев продолжал винить себя в ее страданиях, в том, что не сумел оградить ее от “суда людского”. Стихотворения о последней любви поэта по глубине психологического раскрытия темы не имеют себе равных в русской литературе:
    О, как на склоне наших лет
    Нежней мы любим и суеверней…
    Сияй, сияй, прощальный свет
    Любви последней, любви вечерней!
    Огромная сила воздействия на читателя этих строк коренится в их искренности и безыскусности выражения глубокой, выстраданной мысли о скоротечности огромного, неповторимого счастья, которого уже не вернуть. Любовь в представлении Тютчева – это тайна, высший дар судьбы.
    Любовь, любовь – гласит преданье –
    Союз души с душой родной –
    Их съединенье, сочетанье,
    И роковое их слиянье,
    И… поединок роковой…
    Однако подобная метаморфоза все-таки не способна убить любовь; более того, страдающий человек не желает избавиться от мук любви, ибо она дарит ему полноту и остроту мироощущения. “Денисьевский цикл” Тютчева стал нерукотворным памятником его юной возлюбленной, ровеснице его дочери. Она, подобно Беатриче Данте или Лауре Петрарки, обрела бессмертие. Теперь эти стихи существуют отдельно от трагической истории любви, но вершиной мировой любовной лирики они стали потому, что их питала сама жизнь.
    Любовная лирика А. А. Фета также неотделима от его судьбы, его личной драмы, которая объясняет то, что во всех его стихах, то усиливаясь, то слабея, звучит “отчаянная, рыдающая нота”. Будучи унтер-офицером Кирасирского полка, Фет познакомился с Марией Лазич, дочерью бедного херсонского помещика. Они полюбили друг друга, но будущий поэт не решился жениться на девушке, так как не имел достаточных средств. Он писал об этом в марте 1849 года близкому другу, А. Борисову: “Это существо стояло бы до последней минуты сознания моего передо мною – как возможность возможного для меня счастия и примирения с гадкой действительностью. Но у нее ничего, и у меня ничего…” Кроме того, женитьба заставила бы Фета поставить крест на всех его планах. В 1851 году Мария погибла: сгорела от неосторожно брошенной спички. Предполагали даже, что это было самоубийство. Во всяком случае, А. Фет до конца своих дней не мог забыть Марию, испытывая горькое чувство вины и раскаяния. Ей посвящены многие стихотворения поэта: “Старые письма”, “Недвижные очи, безумные очи”, “Солнца луч промеж лип…”, “Долго снились мне вопли рыданий твоих” и многие другие. Острый накал чувства, мучительная энергия переживания как бы преодолевает смерть. Поэт говорит с возлюбленной как с живой, добиваясь у нее ответа, даже завидуя ее безмолвию и небытию:
    Очей тех нет – и мне не страшны гробы,
    Завидно мне безмолвие твое,
    И, не судя ни тупости, ни злобы,
    Скорей, скорей в твое небытие!
    В этих стихах, наполненных страстью и отчаянием, звучит отказ поэта примириться с вечной разлукой, со смертью любимой. Здесь даже “небытие” ощущается как нечто позитивное, как неразрывная уже связь с ней. Преодолевая трагедию, Фет превращает ее в драматическую радость, в гармонию, в постоянный источник вдохновения.
    Тютчевские “пейзажи в стихах” неотделимы от человека, его душевного состояния, чувства, настроения:
    Мотылька полет незримый
    Слышен в воздухе ночном…
    Час тоски невыразимой!..
    Все во мне, и я во всем!..
    Образ природы помогает выявить и выразить сложную, противоречивую духовную жизнь человека, обреченного вечно стремиться к слиянию с природой и никогда не достигать его, ибо оно несет за собою гибель, растворение в изначальном хаосе. Таким образом, тема природы органически связывается у Ф. Тютчева с философским осмыслением жизни.
    Фетовское восприятие пейзажа передает тончайшие нюансы человеческих чувств и настроений в их причудливой изменчивости:
    Какая ночь! Все звезды до единой
    Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
    И в воздухе за песней соловьиной
    Разносятся тревога и любовь.
    Весеннее обновление природы порождает в душе лирического героя неясные предчувствия счастья, взволнованного ожидания любви.
    Беспристрастное время все расставило по своим местам, всему дало объективную и верную оценку. Кому сейчас, в начале третьего тысячелетия, интересны идейные политические баталии 60-х годов XIX века? Кого всерьез могут занимать злобные выпады и упреки в гражданской пассивности, адресованные великим поэтам? Все это стало лишь предметом изучения истории. А поэзия Тютчева и Фета все так же свежа, удивительна, неповторима. Этих поэтов можно назвать предтечами символизма. Их поэзия волнует, будоражит, заставляет замирать от сладкой тоски и боли, потому что вновь и вновь приоткрывает перед нами бездонную тайну человеческой души.

    Ф. И. Тютчев, А. А. Фет

    Ф. Тютчев. Стихи
    А. Фет. Стихи
    Лирика Ф. И. Тютчева и А. А. Фета. Сочинение
    Темы вечные в лирике Тютчева и Фета. Сочинение
    Материалы для подготовки к сочинению по творчеству Ф. И. Тютчева и А. А. Фета
    Русский поэт-философ. Сочинение
    “Крылатый слова звук”. Сочинение
    Биография Тютчева Федора Ивановича
    Биография Фета Афанасия Афанасьевича

  9. Тютчев
    Фет
    Философский характер лирики, мысль в кото­рой всегда сливается с об­разом. Стремление поэта осмыслить жизнь Вселенной и место человека в ней, постичь тайны космоса и человече­ского бытия
    Трагический характер лирики, домини­рующее чувство — напряжение. Вместе с тем присущий поэзии Фета свет и опти­мизм. Диалектика трагедии и радости, преодоление драматических ситуаций чув­ством гармо­нии мира
    Жизнь, по Тютчеву, – это противо­борство враждебных сил. Но драматизм восприятия дейст­вительности сочетается с неиссякаемой любовью ко всем ее проявлениям. Любовь, по Тютчеву, это почти всегда трагедия, ведущая к безна­дежности и смерти, но именно любовь дает человеку величай­ший душевный взлет, ощущение счастья
    Жизнь в стихах Фета — миг, закреплен­ный в веч­ности. Красота в его стихах — это преодоленное стра­дание, радость, добы­тая из боли. Любовь — это тоже проявление изначальной красоты и гармонии мира, ко­торые помогают человеку подняться над обыденной жизнью, найти точку опоры для душевных порывов
    Человеческое “я” по отношению к природе не капля в океане, а две равные беспредельности. Не­зримые движения человеческой души созвучны зримой диалектике природы. День и обычная жизнь — это покровы, скрывающие пер­возданный хаос мира, видимый ночью. Душа человека изна­чально – это тоже хаос.
    Импрессионистский характер изобра­жения чувств, их фрагментарность и пре­дельная образность. Вместе с тем, строгая художественная структура сти­хов, их внут­реннее равновесие сочетаются с ощуще­нием эскизности, нарочитой оборванности
    Образная система лирики сочетает предмет­ные реалии внешнего мира и субъективные впечат­ления от этого мира, производимые на поэта. Мас­тер­ство в изображении гармонии предмет­ных реа­лий мира внешнего и глубины мира внутреннего
    Неожиданные и яркие краски, звуки, запахи мира создаются повышенной мета­форичностью стихов, ди­намичностью и му­зыкальностью художественных об­разов. Настроение преобладает над мыслью, мысль “растворена” в музыке, которая тоже есть проявление красоты
    Мастерство поэта в создании фоне­тических и живописных образов, сочета­ние звукописи с неожи­данной палитрой красок, цветных образов
    Мастерство в использовании паралле­лизмов, по­второв, периодов, ритмических пауз, богатство и глу­бина поэтических ин­тонаций, звуковой инструмен­товки

  10. Тема любви в творчестве любого поэта так или иначе связана с личными переживаниями, иначе не смогли бы они раскрывать эту сложную проблематику. И понятно, что у каждого автора она представлена по-разному; поэзия А.А. Фета и Ф.И. Тютчева, при всей ее внешней схожести, безусловно, была различна и способом введения темы любви, и отношением к ней, и отдельными штрихами изображения.
    До 50-х гг. в творчестве Тютчева женские образы появлялись довольно редко, зачастую на втором плане, и роль женщины и ее любви была не столь важна для автора. С появлением же в жизни поэта Е.А. Денисьевой в поэзии Тютчева, можно сказать, тема любви была раскрыта полностью, он ввел в нее разносторонний женский образ, и, очевидно, одним из первых сумел встать на место женщины, с ее точки зрения посмотрев на мир. Можно говорить о традиции Некрасова в тютчевской лирике – поэт создал ряд стихотворений с одной героиней, чей образ оказывается даже более значимым, чем образ героя.
    Биография Тютчева сложилась трагически, свет осуждал его за то, что он, будучи женатым, не скрывал своей любви к Денисьевой. Это не могло не отразиться в его стихотворениях:
    О, как убийственно мы любим,
    Как в буйной слепоте страстей
    Мы то всего вернее губим,
    Что сердцу нашему милей.
    …………………………….
    Судьбы ужасным приговором
    Твоя любовь для ней была,
    И незаслуженным укором
    На жизнь ее она легла!
    Нередко сравнение любви со стихией, сопоставление их разрушающей силы, любовь – это борьба. И, прежде всего, она приносит беду и страдания для героини.
    Я стражду, не живу…им, им одним живу я.
    Но эта жизнь!.. О, как горька она!
    Так называемый Денисьевский цикл – это своего рода дневник поэта, концентрация его личных переживаний. Буря страстей, бушующих в душе, сочится из каждой строчки:
    Любила ты, и так, как ты, любить –
    Нет, никому еще не удавалось!
    О господи!.. И это пережить…
    И сердце на клочки не разорвалось…
    Поэт не раз подчеркивал превосходство своей героини над лирическим героем, женщина стала в поэзии Тютчева символом чистоты и света. Вероятно, это связано с той трагедией, которую пережил поэт – смерть возлюбленной. Но и после этого он продолжает любить ее, моля бога навсегда сохранить память о ней:
    О, господи, дай жгучего страданья
    И мертвенность души моей рассей:
    Ты взял ее, но муку вспоминанья,
    Живую муку мне оставь о ней.
    А.А. Фет также пережил трагедию, его возлюбленная Мария Лазич погибла, и его мировоззрение после ее смерти тоже меняется, но иначе, нежели у Тютчева. Он четко разделяет жизнь на реальную и идеальную, оставляя место в своей поэзии лишь идеальной. В поэте борются два человека – жестокий помещик и лиричный певец красоты. Природа, любовь и музыка – вот идеалы его поэзии, и только они заслуживают быть воспетыми в поэзии.
    Любовь у Фета – это отдельные моменты, проявления чувств, что тонко изображено в стихотворении “Шепот. Робкое дыханье…”. Здесь нет движения, только образы и звуки, что придает особенную музыкальность стихотворению, не раз отмеченную критиками и в других произведениях поэта. Недаром на стихи Фета создано множество романсов, таких как “На заре ты ее не буди…”.
    Несмотря на идеализацию любви в своей поэзии, на четкую установку воспевания идеала, Фет не мог забыть о своей возлюбленной, и тема их отношений прослеживается в стихотворениях, сочетаясь с темой памяти.
    Нет, я не изменил. До старости глубокой
    Я тот же преданный, я раб твоей любви.
    И старый яд углей, отрадный и жестокий,
    Еще горит в моей крови.
    Хоть память и твердит, что между нас могила,
    Не в силах верить я, чтоб ты меня забыла, –
    Когда ты здесь, передо мной.
    Для Фета любовь – необходимая часть жизни человека, без нее жизнь неполноценна. Он старается “увидеть”, “узнать” образ любимой в других женщинах.
    Таким образом, мы понимаем, что тема любви в творчестве Фета и Тютчева раскрывается и показывается различно, у Тютчева она весьма реальна и трагична, Фет же отказался от этого, посвятив себя служению “чистому искусству”. Однако, сходство этих двух поэтов очевидно: их переживания, выраженные по-разному, относятся к одной любимой женщине и не меняются со временем. Любовная лирика и Фета, и Тютчева насыщена всей разнообразной гаммой чувств, от полного восторга до тяжелейшей боли, и остается неизменной близкой и понятной даже современному читателю.

  11. Лирика Ф. И. Тютчева и А. А. Фета

    Традиционными темами экзаменационного сочинения являются следующие:
    Основные мотивы лирики Тютчева и Фета.
    Темы вечные в лирике Тютчева и Фета.
    Человек и природа в лирике Тютчева и Фета.
    Аналогичные темы могут охватывать творчество только одного из этих поэтов. В соответствии с этим, разумеется, изменится выбор литературного материала, на основе которого будет строиться работа над сочинением.
    Предположим, вам предстоит раскрыть темы в изложенной выше формулировке. В этом случае следует обратиться к лирике двух великих русских поэтов, отобрав произведения, в которых, во-первых, наиболее ярко отразилась их творческая индивидуальность, во-вторых, отчетливо проявилась общая направленность их творческих поисков. Однако понять художественное кредо “чистых лириков” можно, только хорошо представляя себе современную им историческую эпоху. Поэтому во вступительной части сочинения можно дать общую характеристику основных примет времени 40㬸-х годов XIX века, коснувшись идейно-политической борьбы, которая в той или иной степени повлияла на творчество каждого художника.
    Расцвет творчества Тютчева и Фета приходится на 40㬸-е годы XIX века, которые знаменовались растущей популярностью революционно-демократической идеологии, влекущей за собой социальную направленность лирики поэтов демократической ориентации, ярчайшим представителем которой стал Некрасов. В России 60-х годов происходило размежевание литературных и общественных сил под влиянием новых революционных “базаровских” веяний. Когда громогласно отвергалось “чистое искусство” во имя практической пользы, когда декларировалась гражданственность поэзии, делалась ставка на коренное преобразование всего государственного строя России, результатом которого должны стать равенство, свобода и социальная справедливость.
    В этой общественной атмосфере творческое кредо Фета, отстаивающего “чистую красоту”, которой служит свободное искусство, не могло не вызвать нападок со стороны революционно-демократической критики.
    По своим взглядам Фет был консерватором, считая, что никакие социальные преобразования не могут принести в мир свободу и гармонию, ибо они могут существовать только в искусстве. Полемика Фета с “шестидесятниками”, борьба с чуждыми ему идеями революционной демократии, своеобразный “спор с веком” продолжались до конца жизни поэта.
    Политическое мировоззрение Тютчева во многом совпадает с фетовским. Несмотря на то, что революционное начало глубоко “проникло в общественную кровь”, поэт видел в революции только стихию разрушения. Тютчев считал, что спасение от кризиса, охватившего Россию, нужно искать в единении славян под эгидой русского “всеславянского” царя. Такая “христианская империя”, по его убеждению, сможет противостоять революционному и “антихристианскому” Западу.
    Однако реальная историческая действительность внесла существенные коррективы в мировоззрение Тютчева. Проигранная Россией Крымская война обнаружила бессилие, несостоятельность правительства перед лицом испытаний, постигших страну.
    Реформа 1861 года вскрыла острые социальные контрасты: роскошные празднества и развлечения светского общества на фоне голода и нищеты народа. Это не могло не вызвать негодования поэта-гуманиста, его боли и разочарования. Такие настроения способствовали усилению у Тютчева трагизма восприятия жизни. “Судьба России, &#151 писал он, &#151 уподобляется кораблю, севшему на мель, который никакими усилиями экипажа не может быть сдвинут с места, и лишь только одна приливающая волна народной жизни в состоянии поднять его и пустить в ход”.
    Несмотря на узость тематики Тютчева и Фета, вернее, их устремленность к вечным, вневременным проблемам, современники отдавали должное их мощному лирическому таланту Весьма показательна тургеневская оценка: “О Тютчеве не спорят, кто его не чувствует, тем самым доказывает, что он не чувствует поэзии”. Даже осуждая Фета за его гражданскую пассивность, равнодушие к общественным нуждам, Чернышевский называл его “даровитейшим из нынешних наших лирических поэтов” и считал, что он не должен стеснять своего таланта и писать о том, к чему не лежит душа.
    Салтыков-Щедрин тоже отводил Фету одно из видных мест в русской литературе, отмечая его искренность и свежесть, которыми он покоряет сердца читателей, хотя и считал его все-таки второстепенным поэтом, так как он “довольно тесен, однообразен и ограничен”.
    Даже Некрасов, декларативно и прямолинейно утверждающий гражданственность лирики, говорил, что “человек, понимающий поэзию и охотно открывающий душу свою ее ощущениям, ни в одном русском авторе, после Пушкина, не почерпнет столько поэтического наслаждения, сколько доставит ему г. Фет”.
    Переходим к работе над главной частью сочинения. Прежде всего внимательно вчитаемся в формулировки тем и постараемся выявить их сходство и различие. Для этого нужно уточнить, “расшифровать” их содержание. Основными темами творчества Тютчева и Фета являются природа, любовь, философские раздумья о тайнах бытия. Они, безусловно, и являются темами вечными, то есть не ограниченными той или иной эпохой. Таким образом, первые две формулировки предполагают разговоре пейзажной, любовной, философской лирике великих поэтов.
    Третья тема акцентирует внимание на сложных, тонких взаимоотношениях человека и окружающего его природного мира в их противоречивости и единении. Значит, раскрытие данной темы предполагает обращение к произведениям, отражающим своеобразное восприятие природы, ее влияние на душевный мир человека, его мысли, чувства, настроения. Таким образом, работа над любой из этих тем может основываться на общем литературном материале.
    Стремясь к полному и глубокому раскрытию темы, необходимо обратить внимание на общую направленность творческих поисков поэтов и их индивидуальность и своеобразие.
    Выделим их общие черты:
    единство эстетических воззрений;
    общность тематики: любовь, природа, философское осмысление жизни;
    склад лирического дарования: психологическая глубина, тонкость чувства, изящество слога,
    отточенность языка, сверхчуткое художественное восприятие природы.
    Для поэтов “чистого искусства” характерны высокая культура, преклонение перед совершенными образцами классической скульптуры, живописи, музыки, повышенный интерес к искусству Древней Греции и Рима, романтическая тяга к идеалу красоты, стремление приобщиться к “иному”, возвышенному миру.
    Рассмотрим, как в лирике Тютчева и Фета при общности тематики по-своему отразилось их художественное мироощущение.
    Любовная лирика обоих великих поэтов пронизана мощным драматичным, трагедийным звучанием, что связано с обстоятельствами их личной жизни. Каждый из них пережил смерть любимой женщины, оставившую в душе незаживающую рану. Шедевры любовной лирики Фета и Тютчева родились из подлинной боли, страданий, чувства невосполнимой утраты, ощущения вины и раскаяния.
    Наивысшим достижением любовной лирики Ф. И. Тютчева является так называемый “Денисьевский цикл”, посвященный любви, пережитой поэтом “на склоне лет” к Елене Александровне Денисьевой. Этот удивительный лирический роман длился 14 лет, закончившись смертью Денисьевой от чахотки в 1864 году. Но в глазах общества это были “беззаконные”, постыдные отношения. Поэтому и после смерти любимой женщины Тютчев продолжал винить себя в ее страданиях, в том, что не сумел оградить ее от “суда людского”.
    Стихотворения о последней любви поэта по глубине психологического раскрытия темы не имеют себе равных в русской литературе:
    О, как на склоне наших лет
    Нежней мы любим и суеверней…
    Сияй, сияй, прощальный свет
    Любви последней, зари вечерней!
    Огромная сила воздействия на читателя этих строк коренится в искренности и безыскусности выражения глубокой, выстраданной мысли о скоротечности огромного, неповторимого счастья, которого уже не вернуть. Любовь в представлении Тютчева &#151 это тайна, высший дар судьбы. Она волнующа, причудлива и неподконтрольна. Смутное влечение, таящееся в глубине души, неожиданно прорывается взрывом страсти. Нежность и самопожертвование могут нежданно превратиться в “поединок роковой”:
    Любовь, любовь &#151 гласит преданье &#151
    Союз души с душой родной &#151
    Их съединенье, сочетанье,
    И роковое их слиянье,
    И… поединок роковой…
    Однако подобная метаморфоза все-таки не способна убить любовь; более того, страдающий человек не желает избавиться от мук любви, ибо она дарит ему полноту и остроту мироощущения.
    Даже смерть любимой не может избавить человека от этого всепоглощающего чувства, заставляя его вновь и вновь переживать, уже в воспоминаниях, неповторимые минуты счастья, окрашенного страданием.
    Дочь Ф. И. Тютчева вспоминала в “Дневнике”: “Елена Денисьева умерла. Я увиделась снова с отцом в Германии. Он был в состоянии, близком к помешательству… Он всеми силами души был прикован к той земной страсти, предмета которой не стало. И это горе, все увеличиваясь, переходило в отчаяние, которое было недоступно утешениям религии…”
    Самозабвенная, страстная любовь к молодой женщине, ровеснице его дочери, сделала Тютчева навсегда ее пленником. Только сильное, глубокое, всепоглощающее чувство могло вылиться в такие стихи:
    О, этот Юг, о, эта Ницца!..
    О, как их блеск меня тревожит!
    Жизнь, как подстреленная птица,
    Подняться хочет &#151 и не может…
    Со смертью любимой женщины ушли жизнь, мечты, желания, померкли ее прежде яркие краски. Точное до боли сравнение, уподобляющее человека птице с поломанными крыльями, передает чувство потрясения от тяжелой утраты, опустошенности, бессилия:
    Любила ты, и так, как ты, любить &#151
    Нет, никому не удавалось!
    О Господи!.. и это пережить…
    И сердце на клочки не разорвалось.
    “Денисьевский цикл” Тютчева стал нерукотворным памятником его возлюбленной. Она, подобно Беатриче Данте или Лауре Петрарки, обрела бессмертие. Теперь эти стихи существуют отдельно от трагической историй любви, но вершиной мировой любовной лирики они стали потому, что их питала живая жизнь.
    Любовная лирика А. А. Фета также неотделима от его судьбы, его личной драмы, которая объясняет то, что во всех его стихах, то усиливаясь, то слабея, звучит “отчаянная, рыдающая нота”.
    Будучи унтер-офицером Кирасирского полка, Фет познакомился с Марией Лазич, дочерью бедного херсонского помещика. Они полюбили друг друга, но будущий поэт не решился жениться на девушке, так как не имел достаточных средств. Он писал об этом в марте 1849 года близкому другу, И. Борисову: “Это существо стояло бы до последней минуты сознания моего передо мною &#151 как возможность возможного для меня счастия и примирения с гадкой действительностью. Но у нее ничего, и у меня ничего…” Кроме того, женитьба заставила бы Фета поставить крест на всех его планах. В 1851 году Мария погибла: сгорела от неосторожно брошенной спички. Предполагали даже, что это было самоубийство. Во всяком случае, А. Фет до конца своих дней не мог забыть Марию, испытывая горькое чувство вины и раскаяния.
    Ей посвящены многие стихотворения поэта: “Старые письма”, “Недвижные очи, безумные очи”, “Солнца луч промеж лип…”, “Долго снились мне вопли рыданий твоих” и многие другие.
    В любовных стихотворениях Фета почти всегда один адресат. Он обращает к умершей девушке страстные, взволнованные монологи, полные смятенья и раскаяния.
    В элегии “Старые письма” поэт перечитывает их, заново переживая былую драму:
    Я вами осужден, свидетели немые
    Весны души моей и сумрачной зимы.
    Вы те же светлые, святые, молодые,
    Как в тот ужасный час, когда прощались мы…
    Я дерзко оттолкнул писавшую вас руку,
    Я осудил себя на вечную разлуку
    И с холодом в груди пустился в дальний путь.
    Эти горькие, полные самобичевания строки превратились в своеобразное лирическое “преступление и наказание”.
    Но острый накал чувства, мучительная энергия переживания как бы преодолевает смерть. Поэт говорит с возлюбленной, как с живой, добиваясь у нее ответа, даже завидуя ее безмолвию и небытию:
    Очей тех нет &#151 и мне не страшны гробы,
    Завидно мне безмолвие твое,
    И, не судя ни тупости, ни злобы,
    Скорей, скорей в твое небытие!
    В этих стихах, наполненных страстью и отчаянием, звучит отказ поэта примириться с вечной разлукой, со смертью любимой. Здесь даже “небытие” ощущается им как нечто позитивное, как неразрывная уже связь с ней. Преодолевая трагедию, Фет превращает ее в драматическую радость, в гармонию, в постоянный источник вдохновения. Время размывает свои границы. Для поэта и прошлое, и настоящее, и будущее &#151 это “теперь”. Так называется его стихотворение, в котором, обращаясь к своей читательнице из далекого будущего, он говорит, что в этот самый миг “и ты и я &#151 мы встретимся, &#151 теперь”. Другие слова Фета: “Хоть не вечен человек, то, что вечно, человечно”, &#151 утверждают бессмертие человеческой души, несмотря на бренность тела. Таким образом, здесь выявляется характерная особенность лирики Фета: красота и гармония в его стихах рождается из преодоленного страдания так же, как радость добывается из боли.
    В творчестве Тютчева пейзажная лирика настолько тесно сплетена с его философскими раздумьями о жизни, что рассматривать эти основные мотивы его поэзии следует в их неразрывном, органическом единстве. Тютчев &#151 это лирик-мыслитель, вдохновенный певец природы, проникновенный выразитель человеческих чувств. Перелески, сады, аллеи пробуждают в нем острое ощущение природы, творческое воображение, философское восприятие жизни. Человек в его понимании соединяет в себе два начала: душу и тело. “Великая и возвышенная книга природы”, по выражению Руссо, “открыта всем очам… Она говорит всем людям и языком, понятным для всех умов”. Ту же мысль Тютчев блистательно выразил в двух лаконичных поэтических строчках:
    В ней есть душа, в ней есть свобода,
    В ней есть любовь, в ней есть язык…
    Лирика природы стала величайшим художественным достижением Ф. Тютчева. Пейзаж дается поэтом в динамике, движении. Причем диалектика явлений природы отражает таинственные движения человеческой души. Конкретно-зримые приметы внешнего мира порождают субъективное впечатление. Например, в стихотворении, рисующем наступление осени, поэт очень точно передает настроение светлой грусти, мысль о скоротечности и прелести жизни:
    Есть в осени первоначальной
    Короткая, но дивная пора &#151
    Весь день стоит как бы хрустальный,
    И лучезарны вечера.
    Где бодрый серп гулял и падал колос,
    Теперь уж пусто все &#151 простор везде, &#151
    Лишь паутины тонкий волос
    Блестит на праздной борозде.
    В этом проникновенном осеннем пейзаже, помимо конкретности и точности реалистических деталей, проявляется замечательная способность Тютчева &#151 пробуждать воображение читателя, заставить его мысленно “дорисовать” едва намеченный поэтический образ. Например, на первый взгляд, странно и необычно звучит словосочетание “праздная борозда”. Но, если вдуматься, то оказывается, этим автор подчеркивает, что все работы уже окончены, все убрано, и настала пора спокойной праздности. Таким образом, легкий намек автора позволяет ему достичь полного и законченного впечатления у читателя.
    Описывая картины природы, Тютчев создает не поэтические натуры, а “пейзажи в стихах”, потому что его зрительные образы проникнуты мыслью, чувством, настроением, переживанием:
    Тени сизые смесились,
    Цвет поблекнул, звук уснул &#151
    Жизнь, движенье разрешились
    В сумрак зыбкий, в дальний гул…
    Мотылька полет незримый
    Слышен в воздухе ночном…
    Час тоски невыразимой!..
    Все во мне, и я во всем!..
    В этом очень “тютчевском” стихотворении замечательно передана и беспредельность Вселенной, и живое, трепетное дыхание жизни в ее тончайших проявлениях, и еле уловимые оттенки личностного переживания. Все это вместе выражает высшее состояние, какого только может достичь человек. Здесь отчетливо звучит тютчевская мысль о противоречиях и целостности бытия, о трагическом единстве человека и природы. Она предстает такой живой и одухотворенной, что человек воспринимает ее как близкую и родную ему. Однако он не может до конца слиться с природой, ибо это означало бы его гибель, “растворение в изначальном хаосе”:
    3 О, страшных песен сих не пой
    Про древний хаос, мой родимый!
    Как жадно мир души ночной
    Внимает повести любимой!
    Из смертной рвется он груди,
    Он с беспредельным жаждет слиться!..
    О, бурь заснувших не буди &#151
    Под ними хаос шевелится!..
    Человеческая душа упорно стремится к слиянию с природой, но это единство невозможно. Таким образом, вечное, космическое, неразрешимое противоречие приобретает трагический характер. Однако поэт может “хотя на миг” стать причастным к вселенской жизни. Мир человека представляет собой целый космос, сопоставимый с огромностью мироздания. Поэтому для выражения сложности духовной жизни поэт использует образы природы:
    Как океан объемлет шар земной,
    Земная жизнь кругом объята снами;
    Настанет ночь &#151 и звучными волнами
    Стихия бьет о берег свой.
    Такие параллели и сопоставления пробуждают в читателе каждый раз новые, свежие ассоциации, биение внутренней жизни. Философская глубина постижения бытия сочетается у Тютчева с жадным интересом к конкретным историческим событиям, которые он называет “высокими зрелищами”, с попыткой разгадать их смысл, понять закономерности развития человеческого общества. Он воспринимает реальную жизнь в беспрестанном противоборстве враждующих сил, что вызывает в нем тревожное предчувствие грандиозных исторических катастроф и потрясений, которые несут с собой крушение социальных устоев и религиозно-нравственных принципов:
    И наша жизнь стоит пред нами,
    Как призрак на краю земли,
    Бледнеет в сумрачной дали;
    И новое, младое племя
    Меж тем на солнце расцвело.
    А нас, друзья, и наше время
    Давно забвеньем занесло.
    Здесь, в стихотворении “Бессонница” отражается угнетенное настроение поэта, явственно слышащего движение мировой истории, в которой он ощущает себя “обломком старых поколений”. Однако Тютчев мог подавить в себе приступы тоски и обреченности, найти силы радостно приветствовать молодую жизнь. Его поэзия оптимистична; она утверждает прекрасное грядущее, в котором будет жить новое, счастливейшее племя, для которого свободы солнце “живей и жарче будет греть”. Во всем мировоззрении поэта отражается любовь и жажда жизни, воплощенные в ликующих строках “Весенней грозы” и “Вешних вод”:
    Еще в полях белеет снег,
    А воды уж весной шумят &#151
    Бегут и будят сонный брег,
    Бегут и блещут и гласят…
    Они гласят во все концы:
    “Весна идет, весна идет!
    Мы молодой весны гонцы,
    Она нас выслала вперед!”
    Весна воспринимается поэтом не только как чудесное время года, а и как победа жизни над смертью, как гимн юности и человеческому обновлению.
    А. Фет, как и Ф. Тютчев, достиг в пейзажной лирике блистательных художественных высот, став признанным певцом природы. Здесь проявились его удивительная острота зрения, любовное, трепетное внимание к мельчайшим подробностям родных пейзажей, их своеобразное, индивидуальное восприятие.
    А. К. Толстой очень тонко уловил неповторимое фетовское качество &#151 способность передать природные ощущения в их органическом единстве, когда “запах переходит в цвет перламутра, в сияние светляка, а лунный свет или луч утренней зари переливаются в звук”. Чувство природы у Фета универсально, ибо он обладает богатейшими возможностями поэтического “слуха” и “зрения”. Примеры такого полифонического восприятия природы можно встретить в таких его стихотворениях, как “Первая борозда”, “У камина”, “Над озером лебедь…”, “Что за вечер!” и многих других. Пейзажная лирика Фета, как и у Тютчева, неотделима от человеческой личности, его мечтаний, стремлений и порывов. Характерно в этом плане его стихотворение “Ласточки”:
    Вот понеслась и зачертила &#151
    И страшно, чтобы гладь стекла
    Стихией чуждой не схватила
    Молниевидного крыла.
    И снова то же дерзновенье
    И та же темная струя, &#151
    Не таково ли вдохновенье
    И человеческого я?
    Свободный полет птицы вызывает у лирического героя невольную ассоциацию с дерзновенностью, мятежностью человеческого духа, стремящегося прорваться в неведомое, познать непознаваемое, ценой жизни соприкоснуться с высшей тайной бытия. Эту способность касаться неизведанного Фет считал уделом поэта, “избранного певца”. Вся его поэзия &#151 это взлет, рывок, попытка заглянуть в иной мир. Неудивительно, что, сравнивая себя с ласточкой, он говорит, что его высшая цель &#151 “стихии чуждой запредельной… хоть каплю зачерпнуть”. Подобную мысль Фет выразил и в своем поэтическом кредо: “Кто не в состоянии броситься с седьмого этажа вниз головой с непоколебимой верой в то, что он воспарит по воздуху, тот не лирик”.
    А. А. Фет остро чувствует красоту и гармонию природы в ее мимолетности и изменчивости.
    В его пейзажной лирике много мельчайших подробностей реальной жизни природы, которым соответствуют разнообразнейшие проявления душевных переживаний лирического героя. Например, в стихотворении “Еще майская ночь” прелесть весенней ночи порождает в герое состояние взволнованности, ожидания, томления, непроизвольности выражения чувств:
    Какая ночь! Все звезды до единой
    Тепло и кротко в душу смотрят вновь,
    И в воздухе за песней соловьиной
    Разносится тревога и любовь.
    В каждой строфе этого стихотворения диалектически сочетаются два противоположных понятия, которые находятся в состоянии вечной борьбы, вызывая каждый раз новое настроение. Так, в начале стихотворения холодный север, “царство льдов” не только противопоставляется теплой весне, но и порождает ее. А затем вновь возникают два полюса: на одном тепло и кротость, а на другом &#151 “тревога и любовь”, то есть состояние беспокойства, ожидания, смутных предчувствий.
    Еще более сложная ассоциативная контрастность явлений природы и человеческого ее восприятия отразилась в стихотворении “Ярким солнцем в лесу полыхает костер”. Здесь нарисована реальная, зримая картина, в которой яркие краски предельно контрастны: красный полыхающий огонь и черный уголь. Но, помимо этого бросающегося в глаза контраста, в стихотворении есть и другой, более сложный. Темной ночью пейзаж ярок и красочен:
    Ярким солнцем в лесу пламенеет костер,
    И, сжимаясь, трещит можжевельник,
    Точно пьяных гигантов столпившийся хор,
    Раскрасневшись, шатается ельник.
    А день, который должен нести свет и радость, у Фета холоден и скучен; его тусклые краски однообразны и непривлекательны:
    И лениво и скупо мерцающий день
    Ничего не укажет в тумане;
    У холодной золы изогнувшийся пень
    Прочернеет один на поляне.
    То есть именно ночь у Фета &#151 пора поэтического вдохновения, она будит воображение и полет фантазии. И реалистический пейзаж вдруг теряет свои очертания, превращаясь в космический символ огня Жизни, противостоящий холодной, бесстрастной Смерти.
    Пожалуй, самым фетовским стихотворением, отображающим его творческую индивидуальность, является “Шепот, робкое дыханье…” Оно поразило современников поэта и до сих пор продолжает восхищать и очаровывать новые поколения читателей своей психологической насыщенностью при максимальном лаконизме выразительных средств. В нем полностью отсутствует событийность, усиленная безглагольным перечислением чересчур личных впечатлений. Однако каждое выражение здесь стало картиной; при отсутствии действия налицо внутреннее движение. И заключается оно в смысловом композиционном развитии лирической темы. Сначала это первые неброские детали ночного мира:
    Шепот, робкое дыханье,
    Трели соловья,
    Серебро и колыханье
    Сонного ручья…
    Затем в поле зрения поэта попадают более дальние крупные детали, более обобщенные и неопределенные, туманные и расплывчатые:
    Свет ночной, ночные тени,
    Тени без конца,
    Ряд волшебных изменений
    Милого лица.
    В заключительных строчках и конкретные, и обобщенные образы природы сливаются, образуя огромное целое &#151 небо, охваченное зарей. И внутреннее состояние человека тоже входит в эту объемную картину мира как органическая его часть:
    В дымных тучках пурпур розы,
    Отблеск янтаря,
    И лобзания, и слезы,
    И заря, заря!..
    То есть здесь налицо эволюция человеческого и природного планов, хотя полностью отсутствует аналитический элемент, лишь фиксация ощущений поэта. Нет конкретного портрета героини, только смутные, неуловимые приметы ее облика в субъективном восприятии автора. Таким образом, движение, динамика неуловимого, прихотливое чувства передает сложный мир личности, вызывая ощущение органического слияния жизни природной и человеческой.
    Значительное место в лирике А. Фета занимают философские раздумья. Это мысли о бренности человека, о его страхе перед необъяснимой загадкой смерти:
    Бежать? Куда? Где правда, где ошибка?
    Опора где, чтоб руки к ней простерть?
    Что ни расцвет живой, что ни улыбка, &#151
    Уже под ними торжествует смерть.
    Слепцы напрасно ищут, где дорога,
    Доверясь чувств слепым поводырям;
    Но если жизнь &#151 базар крикливый бога,
    То только смерть &#151 его бессмертный храм.
    Финал стихотворения “Смерть” неожидан и парадоксален, ибо утверждает вечную жизнь души в смерти.
    В стихотворении “Среди звезд”, тоже относящемся к философской лирике Фета, картина бескрайнего неба заставляет лирического героя почувствовать себя песчинкой, жизнь которой &#151 лишь миг по сравнению с вечным бытием звезд. Он как бы слышит их голос, раздающийся с вышины:
    “…Нам нет числа. Напрасно мыслью жадной
    Ты думы вечной догоняешь тень;
    Мы здесь горим, чтоб в сумрак непроглядный
    К тебе просился беззакатный день.
    Вот почему; когда дышать так трудно,
    Тебе отрадно так поднять чело
    С лица земли, где все темно и скудно,
    К нам, в нашу глубь, где пышно и светло”.
    Здесь отчетливо противопоставляется ничтожеству земли высший непознаваемый мир, который властно влечет к себе, завораживает гармонией и тайной. Поэт как бы оказывается вне времени, заглядывая прямо в вечность, ему “доступна вся бездна эфира”, открыто бесконечное мироздание.
    Ключевая тема фетовской эстетики &#151 “борьба искусства с будничной жизнью”, которую поэт замечательно выразил в одном из последних своих стихотворений:
    Одним толчком согнать ладью живую
    С наглаженных отливами песков,
    Одной волной подняться в жизнь иную,
    Учуять ветр с цветущих берегов;
    Тоскливый сон прервать единым звуком,
    Упиться вдруг неведомым, родным,
    Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам,
    Чужое вмиг почувствовать своим…
    В этих выстраданных, искренних строчках с абсолютной отчетливостью и глубиной выразилось фетовское представление о назначении поэтического творчества.
    Переходим к работе над заключением. Дав развернутую характеристику лирики двух выдающихся поэтов середины XIX века, закономерно сделать вывод о значении их творчества, преемственности с пушкинской традицией и экспериментаторским поиском поэзии “серебряного века”. Тютчев и Фет стали предтечей символизма, обогатив сокровищницу русской литературы новыми изобразительными средствами: образностью, сжатостью и выразительностью стиля, способностью запечатлеть тонкую и сложную жизнь души в ее сокровенной глубине; цельностью и полнотой поэтической “концепции” бытия. Таким образом, поэты “чистого искусства” дополнили актуальные для данного исторического периода проблемы темами вечными, общечеловеческими, создав многообразную, насыщенную, глубокую, объективную картину мира.

    Ф. И. Тютчев, А. А. Фет

    Ф. Тютчев. Стихи
    А. Фет. Стихи
    Лирика Ф. И. Тютчева и А. А. Фета. Сочинение
    Темы вечные в лирике Тютчева и Фета. Сочинение
    Материалы для подготовки к сочинению по творчеству Ф. И. Тютчева и А. А. Фета
    Русский поэт-философ. Сочинение
    “Крылатый слова звук”. Сочинение
    Биография Тютчева Федора Ивановича
    Биография Фета Афанасия Афанасьевича

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *